Киммерийская крепость

Через десять минут всё было готово.

Люкс с телефоном, подумал Гурьев. Как приятно быть молодым, здоровым и богатым. Куда приятнее, чем лагерной пылью. Ничего. Ничего. Это ведь ещё не конец, не так ли? Всё только начинается.

Он снял трубку, накрутил на диске номер коммутатора:

– Барышня, Москву, пожалуйста. Три – тридцать – пять.

– Соединяю.

В динамике несколько раз щёлкнуло, – ох, связь, связь, удержал Гурьев рвущийся наружу вздох, – и потом знакомый голос бодро произнёс:

– Дежурный Веденеев.

Гурьев перекинул тумблер на коробочке. Теперь в наушниках у тех, кто захотел бы подслушать беседу Гурьева с Москвой, звучал разговор, никакого отношения ни к Гурьеву, ни к его делам не имеющий. Шесть транзисторов, новомодных английских штучек, и два реле. Питание – от напряжения телефонной линии.

– Здорово, Василий. Царёв. Давай мне секретаря, я соскучился.

– Слушаюсь, Яков Кириллыч, – совсем весело отозвался Веденеев. – Узнал Вас! Как там погода? Небось отличная?

– Угадал.

– Везёт же Вам, – почти натурально изображая голосом чёрную зависть, вздохнул Веденеев.

Ещё один, на этот раз – только один, щелчок.

– У аппарата.

– Здорово, секретарь.

– И тебе исполать, Гур, – проворчал Городецкий. – Как доехал, бродяга?

– Нормально. Только что обозрел объект. Завтра с утра залезу туда ножками, камушки потрогаю ручками. Дорога наверх – редкое нечто, однако.

– Ну, нашим воздушным шарикам плохая дорога – семечки. Ещё что?

– Пока ничего.

– Завадскую вербанул?

– Ты такой большой начальник, секретарь, – усмехнулся Гурьев, – но такой глупый, просто прелесть. Разве нужно таких людей вербовать? Два слова, полвзгляда.

– Ну-ну, полечи меня, учитель. Всё?

– Нет, не всё. Найди мне человечка. Лопатин Сергей Валерьянович, десятого года рождения, взяли в составе КБ Лифшица.

– Опять баба?!

– Варяг, не бузи. Какая разница?

– Зачем он тебе?

– Пригодится.

– Я не могу ГУЛАГ распустить по твоей просьбе.

– Найди его, Варяг.

– Я попробую. Теперь всё?

– Вроде всё пока.

– Добро. Загорай-купайся, сил набирайся. Как погода?

– Высший класс. Веденеев даст подробную сводку. У тебя?

– Осень в Москве, учитель. Равняется судьбе. Ничего я завернул, да?

– Ох, секретарь, – Гурьев вздохнул.

– До связи, Гур.

– До связи, Варяг.

Гурьев аккуратно положил трубку на рычаг и посмотрел на умолкнувший телефон.