Врата бога. Ашшур в гневе. Часть первая

***

По возвращении Псамметиха I в Мемфис к фараону прибыли посланцы сразу от двух финикийских царей – от престарелого Баала I, правившего в Тире, и от Якинли, сидевшего на троне в Арваде. Оба царя буквально изнывали от ассирийского ярма и прощупывали почву насчёт заключения договора о помощи со стороны Египта в случае, если они решатся на новое восстание. Несколько лет назад они уже поднимали его, и это им обошлось боком, но у финансистов и крупных купцов из обоих городов не было больше сил терпеть те колоссальные поборы, которые на них накладывали ассирийцы.

Псамметих первым принял посланца от Баала.

– Государь, – обратился к фараону финикиец, – если ты перейдёшь Синай и вторгнешься в пределы империи, то Тир сразу же встанет на твою сторону! И нас поддержат другие финикийские города! Мы тебя ждём как избавителя от ассирийского владычества. Сказать по правде, у нас уже нет сил терпеть ассирийцев!

Примерно в том же духе высказался и посланец от царя Арвада.

А ещё через два дня в Мемфис прибыл посланец от лидийского царя Гига. Он сообщил, что верховный вождь киммерийцев Лигдамис принял посольство от Великого царя и пообещал ассирийцам, что начнёт боевые действия против Лидийского царства. Старший сын Лигдамиса, Сандашактра, во главе пятнадцати тысяч киммерийских конников уже вторгся в северо-восточные владения Лидии.

– Ну, что ты на это скажешь? – обратился к Монуэмхету Псамметих.

– Я не думаю, что Ашшурбанапал знает обо всех наших планах. Он просто реагирует на открыто враждебные шаги Гига.

– Но после этого, – заключил Псамметих, – Гиг не сможет полноценно выступить против ассирийцев, потому что будет вынужден отбиваться от кочевников…

– Да, это так, – вынужденно согласился Монуэмхет.– У Гига теперь всё внимание будет сосредоточено на «чёрноколпачниках». Они его не оставят в покое.

***

После Тулизского разгрома Элам переживал не лучшие времена.

Разгром эламской армии при крепости Тулиз привёл к пленению Теумана и двух его сыновей, после чего они прямо на поле битвы, перед шатром Великого царя, были как овцы зарезаны, и их засолённые головы в качестве главных трофеев Ашшурбанапал увёз в Ниневию.