Врата бога. Ашшур в гневе. Часть первая

Но вот до него наконец-то дошло, что же они обсуждали, и он им ответил:

– Не спорьте. Вы обе правы! Я бы предложил ему сделать двойной подарок! Ему стоит подарить и колесницу, и молодую наложницу. А ещё я от себя ему тоже сделаю подарок. Я его назначу офицером в гвардейский полк, и пусть он мужает на службе. А то Ашшур-этель-илани растёт действительно слишком изнеженным! Парню надо уже мужать! – и, увидев взгляд супруги, обращённый на него, Ашшурбанапал добавил: – Возражений я не принимаю! Мой старший сын будет служить! Я так решил!

– Я тебя поддерживаю! – согласилась с Ашшурбанапалом Накия.

И под напором тётки и мужа Ашшур-шаррат сдалась.

И действительно, наследник, старший сын Ашшурбанапала, рос чрезмерно обласканным и изнеженным матерью. Необходимо это было пока не поздно исправлять. И поэтому через каких-то семь-восемь дней у него должна была начаться совершенно новая жизнь.

***

О Вавилоне уже тогда слагались легенды. Порой они были самые фантастические.

Для того времени он представлял из себя нечто удивительное.

В VII веке до новой эры город с населением в тридцать тысяч жителей уже считался крупным, а тут по тем временам был просто гигантский мегаполис – он занимал обширную территорию там, где Евфрат сближался с Тигром, и население его доходило до миллиона жителей. Наряду с последней столицей Ассирийской империи – Ниневией, он был самым космополитичным городом той эпохи, и в нём проживали не только коренные вавилоняне, перемешавшиеся между собой потомки шумеров и аккадцев, но и представители десятков других народов, причём не только тех, которые населяли Ближний Восток.

В городе этом было множество торговых лавок, рынков, храмов, всяческих подворий, в том числе даже индийских, карфагенских и нубийских купцов, и на его улицах и проспектах кого только не встретишь? Здесь можно было увидеть рыжих скифов, вертлявых греков, рослых фракийцев или же чёрных, как смоль, и хорошо сложенных мускулистых негров, родиной которых были далёкие земли, лежавшие к югу от Нубии.

Вавилон, казалось, никогда не отходил ко сну.

Шамаш с первого взгляда влюбился в этот огромный человеческий муравейник и теперь не мыслил себя где-нибудь ещё. Живя все последние годы в Вавилоне, он стал постепенно забывать, что по отцу всё-таки ассириец и что он принадлежал к царствующей в империи династии.