Больница. Повести и рассказы о любви

Дамочка снова забралась на мою кровать, – теперь уже с ногами, оставив тапочки на полу. Потрогала подушку, словно проверила ее на мягкость. Потом опять встала и повесила на вешалку свой халатик. Под халатиком ничего не было, кроме трусов. Снова села на кровать, потом легла и укрылась одеялом.

Я приподнялся и погасил свет.

– Ой, так на самом деле лучше, – раздалось восклицание с кровати. – Ведь он мне так в глаза светит сильно, что даже немного слепит.

Ну, раз так лучше, я снял с себя халат и пересел на кровать рядом с лежащей дамочкой.

Сколько же она думает так находиться здесь? Если на всю ночь, то она уже придумала, куда деваться мне? Раз такое дело, я протянул руку и залез под одеяло. Нащупал ее живот и погладил слегка.

– Ой! Щекотно! – раздалось в ответ, и в свете, пробивающемся из окна я увидел, что она подняла руки вверх. И мне показалось, что она бросила на подоконник рядом с кроватью свои трусы. А что я теряю? Я рукой провел от живота вниз и удостоверился, что никакого белья на ней уже не осталось.

И влажная. Или чем-то смазана? Она готова к использованию?

Я откинул с нее одеяло, приспустил свою одежду и лег ей между ног. Она молчала, словно что-то ждала. Одел презерватив и приблизился вплотную к ее киске своим стволом. – Молчание. Тогда я пальцами одной руки стал раскрывать ее половые губы, а другой рукой направлять между ними свой член.

– Ой, что Вы делаете? – и начала отталкивать мои руки. Она их отталкивала так слабо, что скорее можно это было описать, как поглаживание.

Нет, она скорее всего имитировала отталкивание. Для себя или для меня.

Ну да, продолжай так и дальше. Я вошел в нее и начал интенсивно двигаться. Дамочка уперлась в мою грудную клетку руками и не давала лечь на нее. Ну и пусть. Я с силой стал ее долбать и долбать. Она закрыла лицо руками и прошептала:

– Я такая бесхребетная. Как я буду смотреть в глаза мужу?

От неожиданности я просто кончил, – практически без удовольствия. Просто «спустил». И всё.

– Можно я пойду? – и она начала собираться.

Одела трусы, халатик. Вышла и захлопнула дверь на защелку.

А я растянулся, наконец-то, на кровати и пытался угадать: что это было?

Пивная медсестра

– О! Привет, доктор! К Вам можно, – в дверь кабинета дежурного врача заглядывала сестричка из нашего отделения… Да без разницы, из какого отделения, – главное, что я с ней много лет уже работаю. Какая-то грустная… В легком сарафане и без халата.

– Заходи, Слава.