Игры Богов

Виктора нельзя было упрекнуть в том, что он ленился, наоборот, работал за двоих, только вот эффективность его трудовой деятельности сводилась к нулю. Он попадал под шквал критики посла, когда ему не удавалось качественно исполнить работу. В ней частенько находили огрехи. Однажды нужно было подготовить поздравительный текст различного содержания касательно трёх уважаемых гостей посольства; бедняга исписал добрый десяток страниц и просидел на работе до полуночи, потратив уйму времени на то, чтобы составить документы, но результат его труда не понравился послу, и тот раскритиковал его в пух и прах.

По смелому признанию Виктора, в то время как в других посольских квартирах витали вкусные запахи рыбы и мяса, у него в квартире пахло пылью и нестиранными носками.

По вечерам он, как правило, торчал дома и изредка выезжал в город, поэтому машина целиком и полностью находилась в пользовании Адама.

Сегодня Виктору нужно было ехать к стоматологу – лечить зубы и Адам согласился подождать его в машине.

После работы Адам переоделся в потёртые джинсы и водолазку от Armani, купленные в бутике Парвиза. Спустился по лестнице и вышел во двор, шумевший весёлыми голосами детей, которые играли друг с другом.

Было свежо. По небу лениво плыли редкие серые облака, казавшиеся одинокими и грустными, как любящие люди, волею судьбы оказавшиеся за много тысяч километров друг от друга.

Деревянная скамейка у подъезда, к которому примыкали ухоженные клумбы, пустовала, хотя в этот час на ней обычно кто-то да сидел.

– Адам! – раздалось где-то сбоку от него. – Как дела?

Он обернулся вполоборота и увидел пожилую женщину в спортивной куртке с капюшоном, жену электрика. По асфальтовой дорожке вдоль теннисного корта, за которым начиналась детская площадка, она приближалась к нему с каким-то журналом в руке. Каждый раз, когда они встречались, то перебрасывались парой слов.

– Спасибо. У вас как?

– Нормально, вот гуляю потихоньку.

– Хорошего вам времяпрепровождения.

– Ты легко оделся. На улице-то прохладно. Не простудишься? – с материнской заботой в голосе поинтересовалась она.

– Да нет. Я прямо в машину, а из неё опять в здание.

– Езжай-езжай. Дело-то молодое, – залихватски подбодрила она его.

Он прошёл к крытой стоянке, упиравшейся в бетонный забор посольства. Со стороны жилого здания она была обнесена металлической решеткой, вдоль которой зеленел газон с аккуратно подстриженными кустарниками.