На самом Дальнем Западе

Этот салту друг его односельчанина, а значит белолицего нельзя убивать: уважаешь соплеменника, уважай его друзей. Молодой воин пристально рассмотрел бледнолицего: сухощавый, крепкий мужчина немалых лет (почти старик), на левой щеке широкий, в палец толщиной, шрам. «Теперь понятно у кого Чужак Гром покупает такой хороший табак и порох для своего ружья…»

«Может быть и лучше, что сегодня не случилось убийства, я несу поющие камни, нужно думать как сделать красивые музыкальные бусы. А война требует иного душевного настроя.

Вторая половина дня. Опалённое солнцем небо расплакалось обильным дождём.

____________________________________

*Аха (слово языка яхи) – ДА.

**Во-ви (яхи) – Мой дом.

***Салту (яхи) – бледнолицый, бледнолицые.

ВИДЖИЛЯНТЫ*

1

Над долиной нависло уныние. С неба непрерывно лило, облака опустились так низко, словно собирались обрушиться на землю.

Над долиной нависло уныние. С неба непрерывно лило, облака опустились так низко, словно собирались обрушиться на землю.

Разбрызгивая лужи, к одинокому ранчо подскакал всадник. Из-под обвислых полей шляпы, он окинул беглым взглядом усадьбу. Возле несуразного дома высился тополь, на его ветвях трепыхали странные чёрные флажки – их было больше двух десятков. Непонятные траурные украшения. Впрочем, эти чёрные флажки не вызывали у всадника удивления. То были скальпы яхов, убитых хозяином жилья – «лейтенантом» добровольцев-карателей Гудом..

…Однако, вкусы у парня.

В сарае всадник заметил несколько лошадей: «Скорее всего здесь Андерсонг.»

Ливень усиливался. Тяжёлые капли падали в грязь. Лошадь жалко дрожала. Мужчина сильно вымок; но дождь был весьма тёплым. Дверь дома резко распахнулась. На веранду вывалил Голландец-Джохан, пьяно споткнулся, икнул, при этом дёрнувшись всем телом назад, расстегнул гульфик сильно потёртых джинсов** и стал мочиться высокой изогнутой струёй в ближайшую лужу.

– Андерсонг здесь? —обратился всадник к окончившему свои дела гуляке.

– А где же ещё быть капитану?! —Голландец расплылся в довольной пьяной улыбке.– Конечно тут.

Спешившись, мужчина прошёл в дом. Хирам Гуд и Поль Мая играли, на заставленном бутылками столе, в карты. Возле них сидела, подперев отяжелевшую голову руками, девица из барделя. Андерсонг храпел на широкой деревянной кровати. Табачный дым, тяжёлый запах пьянки и грязь на досчатых полах.