Талисман

– Понимаете, – убеждал он, – если вы начнете рассказывать о нас, сотрудниках внутренних органов, это может спугнуть убийц! К тому же нам придется признаться, что мы утаили улики! Я говорю о деньгах. Их же надо приобщить к делу! Но это как-то не по-человечески, правильно?

Она соглашалась.

– Валентина Тимофеевна! А вы нам можете рассказать про вашу маму? Мы так поняли, что она долго в Лахте жила?

– А зачем это вам? – удивленно пожала она плечами. – И родилась в Лахте, и прожила там много. И замуж вышла.

– А где она жила в Лахте? Какой адрес? – сменил тему Арсений.

– Ну, на Гартнеровском жила, улочка небольшая…

– Переулок, – поправил Арсений.

– Ну, переулок. Они там с отцом и познакомились. Это был дом отца. И после замужества она туда переехала. Потом я родилась. Потом Галка, сестра моя, – пояснила она, чуть скривившись. – Галка – это мать Ирки. Мы там все детство провели…

– А хоронили ее в Лахте? – уточнил я.

– Ну а где еще-то? А какое это имеет значение?

– В расследовании убийств все имеет значение, – важно проговорил Арсений. – Например, у Устиньи Филипповны почтальонов знакомых не было?

– Каких еще почтальонов? – озадаченно переспросила она. – Зачем это?

– Ладно, – вздохнул он. – Я правильно понимаю, что Устинья Филипповна сдавала комнаты дачникам?

– Ну, а как жить-то? – огрызнулась Валентина Тимофеевна. – Муж ее, отец наш, умер рано.

– Конечно, – тут же согласился Арсений. – А когда ваш папа умер?

– Давно, в шестьдесят пятом. Он старше ее был на двадцать лет. Воевал, ранен был. Ну, а она почти не работала, хозяйство вела, нас растила. А дом-то большущий! Куда нам такой. Мы в одном крыле жили, а другое сдавали. А потом вообще в квартиру перебрались.

– А сейчас?

– Что сейчас? – не поняла она.

– Сейчас кто в доме живет?

– Нет, ну дом-то почти разрушился! Старый, ему больше ста лет.

Арсений взял у меня тетрадку и показал ее Валентине:

– Скажите, а вы кого-нибудь знаете из этих жильцов?

Она сходила за очками, нацепила их на нос, стала изучать фамилии, и вдруг у нее вырвалось:

– Ой, господи! Ерунда какая-то!

Мы с Арсением озадаченно смотрели на нее.

– Что, никого не узнаете? – спросил он.

– Почему не узнаю? Всех узнаю! И Волковых, и Ухтомских, и Сердюковых, – ответила она.