Ночной обход

– Но комитет-то изъял историю не из-за наших записей? – ангельским тоном поинтересовался я.

– А вот и увидим. Впаяют вам, доктора, срок… Не дай бог, конечно! – добавил он. – Короче. В кабинете у Натальи Олеговны, она сейчас за начмеда по неврологии, сидит следователь. Он хочет и с вами поговорить. Так что переодевайтесь и идите к ней. И советую вам обойтись без всяких шуточек! Да читайте то, что будете подписывать! – напутствовал меня шеф.

– А у штурвала кто останется? – спросил я и указал на белую пластиковую доску, на которой маркером был записан внушительный список дел на сегодня: рентген легких и список фамилий, КТ головы, тоже со списком, перевязки, консультации – словом, ежедневная рутина.

– Я, разумеется. – Шеф уселся за стол. – А потом буду вам сухари сушить. Вы еще здесь?

Я быстро облачился в хирургический костюм темно-зеленого цвета с непонятной надписью на иврите, накинул белый халат и выскочил из реанимации. Проходя по коридорам отделений, освещенным искусственным светом, заполненным больными, сотрудниками, посетителями, каталками, запахами, которые невозможно было выветрить, как и убрать лишние кровати с лежащими на них пациентами, я добрался до кабинета заведующей неврологией.

Наталья Олеговна была самой молодой из заведующих отделениями во всей больнице. Приветливо поздоровавшись со мной, она представила своего посетителя:

– Роман Семенович, из следственного комитета.

– Старший лейтенант Воронцов, – сухо кивнул он, но при этом встал и пожал мне руку.

– Доктор Агапов, – ответил я и сел напротив него.

Старлей был не при погонах, а в штатском: светлая рубашка без галстука, серый пиджак и джинсы. Он был помладше меня, но вид имел суровый. Глаза умные и взгляд цепкий, как у психиатра.

– А мы, оказывается, знакомы с Романом Семеновичем, – сообщила мне Наталья Олеговна.

– Мы вас часто вспоминаем с благодарностью, – серьезно сказал Воронцов.

– Так вы по этому поводу? – поинтересовался я, забыв про наставления шефа о недопустимости шуток.

– Нет. К сожалению. – Тут старлей криво улыбнулся.

Я почувствовал внутри холодок и скрестил руки на груди. Наталья Олеговна же оставалась абсолютно спокойной.

– Не будем терять время.