Эгрегор. Последний Индекс

Вонзившись и разметав лишь комья земли, рыцарь уже знал, что последует дальше. Он грязно выругался, спешно хлопая себя по наплечнику. Хотелось бы придержать это до последнего, но, увы, если не сейчас, то последнего вообще не будет. Дурында с чудовищного вращательного движения врезалась в латную спину. На мгновение рыцарю показалось, что из легких вынули весь воздух. Но магия сработала, и он остался жив, лишь пропахав носом землю возле бревна.

– Вставай, – донесся сзади металлический голос квира, – собирай свои манатки и проваливай! Пока в твоем доспехе не кончились магические печати.

Однако рыцарь не собирался сдаваться так просто. Он знал, что фамильный клинок, доставшийся ему от отца, был оружием класса Аин, то есть никак не меньше семидесяти единиц. Поэтому он просто не мог вот так отступить.

Повернувшись, он застал гомункула в выжидающей позиции.

– Ни за что! Я спасу своих друзей! – выпалил молодой человек, занося меч над головой.

Изумрудные глаза гомункула покосились на слабое свечение, котором зажегся магический клинок.

Выразительный рот выпустил лукавую усмешку:

– О! Вот это разговор. Смахнемся по-взрослому, сладкий? – ответил он странным голосом, будто мурлыкающим сквозь металл. – Ты мой кудрявенький блондинчик!

Брови квира взлетели вверх, разверзая кишащую в глазах жажду убийства. Чистую, без примесей настроения или желания казаться. Он этим жил и дышал каждый день своего жестокого существования.

Рыцарь рванулся навстречу. Гомункул тоже не заставил себя ждать.

В последние мгновения, прежде чем их клинкам схлестнуться, молодой человек заметил, как вокруг меча его визави клубится пурпурный с черным туман. Он никогда не видел подобного раньше.

Удар.

Перед глазами рыцаря встала беззвучная сцена. Сияющий, словно сотканный из солнечного света, стриж летит по небу. Набрав высоту, он срывается вниз, сложив крылья в восхитительном пике, как вдруг из земли выворачивается чудище, змееподобная тварь с огромными зубищами, и набрасывается на птицу.

Рыцарь протягивает к ним руки, бессильно распахивая рот в беззвучном вопле – черные зубища перекусывают птичку, и она раскалывается на мириады блестящих осколков.

Магический взрыв разбросал их в стороны. Рыцарь тяжело приподнялся на локте, сплевывая кровь. Похоже, у него осталось не так много целых ребер. Едва ли он сможет еще двигаться. Квир стоял рядом. Из-за пелены едкого дыма смотрели, не моргая, безжалостные глаза. Рыцарь не видел, но чувствовал этот взгляд.