Запомни, я твой куратор!

Занятия по самоконтролю сорваны у всех групп куратора Хопс в этот день и перенесены на выходные в счёт личного времени.

Подпись – мисс Травинкис – преподаватель зельеварения, свидетель инцидента.»

***

«P.S. После инцидента куратор Хопс просто обязана выйти замуж за куратора Болтуса, которому несколько часов признавалась в любви и чуть не обесчестила в коридоре Академии.

Подпись – куратор Болтус, пострадавший.»

После зачитанного я поперхнулась воздухом и гневно глянула на Болтуса.

«Додумался же и это приписать, идиотина!»

Члены комиссии во все глаза уставились на меня, а я только смогла пожать плечами, мол: «с кем не бывает».

«К слову, ни с кем не бывает! Это мне просто так "повезло" попасть под чрезмерное внимание благородного отпрыска!»

– И это только начало этого года, – печально вздохнула я. – Представляете, что мне пришлось пережить за последние четыре год, что я здесь работаю? Вы же помните – когда я только пришла на эту должность, я не была седая!

«Брайт, конечно, не виноват в цвете моих волос – это семейное! Но может, хотя бы так кто-нибудь из этих сухарей проникнется ко мне жалостью и освободит от внимания этого… этого лордёныша!»

– Ваши заметки, конечно, замечательны! – выдрала из рук Гварда личное дело Брайта мисс Жарби Китс.

 – Но где ваши зелёные страницы с отчётом по проведённой работе? – стала стерва листать досье в поисках нужного раздела.

– А их нет. Срыв был только вчера.

– Но адепт, как мне известно, посещал ваши занятия со своими сокурсниками, у которых был срыв! – глянула стерва на нашего ректора, выдавая свой источник информации.

– Посещал, да, – согласилась я с обвинением. – Мы с куратором Болтусом и ректором Магреем после показательных выступлений адепта Брайта, пришли к выводу, что мальчик специально привлекает внимание. Ведь один из семь адептов его группы, был его близким другом. Решив, что присутствие друга поможет адепту Слайму быстрее восстановиться, мы разрешили Брайту посещать занятия.

Если бы мы не удовлетворили его желание… он ведь мог реально сорваться и всю Академию по кирпичику разобрать! – пожала я плечами, признаваясь, что три года подряд ко мне на занятия ходил совершенно здоровый подросток.

Внутри, конечно, меня передёрнуло от воспоминаний его лжесрывов. Загоны с дрессированными, ездовыми драконами восстанавливали оперативно и всей Академией, пока рептилии глазели на нас и решали – «нарушить ли им правила или нет.