Студенты по обмену. Староста – Чужая Академия

– Сальярийская Аристократка!! – не сдерживая негативных эмоций, гневно выплюнул Орено слово «Аристократка», взирая на спокойную Старосту, но послышалось оно как «Шлюха».

Солнечные адепты стояли за Лай, облачённые в нашу униформу с меховыми безрукавками сверху. Марко и Густав сразу за спиной по обе стороны плеч сжимали кулаки и готовились отразить любой удар. Сверкающие зеленью руки ясно об этом говорили, но видимо, им был отдан приказ – «не вмешиваться»! А уже за бесстрашными боевиками стоял КовЭ?р, что прикрывал своей широкой спиной Иви и Сноу, но также не вмешивался.

«Лять, а нам ещё вместе с Назглами сражаться! И как мы найдём общий язык, если Покорители упрямы вот прямо настолько!»

– Не ТЫ, а ВЫ, это, во-первых! И не потому, что Я – Аристократка, а потому, что старше и многократно сильнее.

– А не пошла бы ТЫ? – перебил АйнКрадец, едко улыбаясь. – Здесь все равны!

– Орено!! – заорал я на него прямо от дверей. Но на мой возглас Лай и Покоритель не то, что не дёрнулись, они даже не повернулись в мою сторону, продолжая испепелять друг друга взглядом.

Пайсон промчался вперёд и встал рядом с Кейном перед Сальярийками, прикрывая собой своё темноволосое сокровище, зная вспыльчивый нрав нашего выпускника.

– Ещё раз прошу освободить ваше место… – миролюбиво в какой, непонятно, раз попросила Церберша. И я затылком чувствовал ещё немного и рванёт терпение.

– Знай своё место "Аристократка"! – перебил её Покоритель, не желая подчиняться.

«Это он зря!»

– Я-то своё знаю! Хочешь, покажу, где твоё? – вспыхнула Лай и топнула ножкой, открыв под всеми сидящими за первой партой портал переноса. И студенты с криками и руганью ухнули вниз в неизвестном направлении.

– Лай, ты перебарщиваешь! – подойдя ближе к ней, зарычал почти на ухо.

На меня, наконец, посмотрели жутко уставшие зелёно-карие глаза. В голове пронеслись её давние слова: «Если "портальщик" открывает переход ногой – знай, что его силы стремятся к нулю!».

– Если скажу, что он первый начал – ты отстанешь? – поинтересовалась моя девочка.

– Нет! – твёрдо отозвался, волнуясь за мою Старосту.