Искатели прошлого. Хроники бардов

Трибуны разразились оглушающими криками, каждый кричал каждому. Даже знать, забыв о пристойном виде, громко понукала своих игроков.

Рума не отрывал взгляда от Сенты, боясь моргнуть. Теперь любой миг промедления мог стоить свободы.

Кулаки мага сжались, и Акан рядом с ним молился, чтобы тот ничего не предпринимал.

Сента сразу вырвался вперёд. Вместе с ним на одной линии держались ещё трое рабов – все молодые мужчины, которые, как казалось юноше, давно бы остановили его, если бы не правила. Но сзади их догоняли ещё около двух десятков рабов, и он понял, что нужно оторваться.

Песок под ногами был рыхлым и слегка затормаживал каждый шаг. Голые ступни зарывались в пыльную массу, песчинки оставались на мокрой коже, и – недоставало его стараний – Сента начал отставать.

Первый круг остался позади. Он с отчаянием следил за спинами трёх игроков, удаляющихся от него. Дыхание сбилось, несмотря на ровный темп, выбранный с самого начала. Сейчас он понял свою ошибку: видимо, остальные рабы бежали вполсилы, постепенно прибавляя скорость.

Сзади слышалось хриплое дыхание догоняющих. Стоит чуть-чуть замедлиться, и он потеряет даже нынешнее четвёртое место. Сента почти отчаялся, когда внезапно кто-то схватил его за руку. Не удержавшись, Сента развернулся вокруг себя, оказавшись на земле лицом к худому мужчине, который остановил его. Мужчина быстро отдёрнул руку, поднялся на ноги и бросился вперёд. Сента непонимающе смотрел ему в след, когда понял, что остаётся безнадёжно позади.

Дыхание хрипло вырывалось из груди, ноги от рыхлого песка начинали ныть, а впереди оставалось ещё половина круга.

На краткое мгновение захотелось сдаться, убежать и не никогда больше не видеть ни этой арены, ни трибун, ни толпы вокруг. Но потом резко появилось понимание. Стоит позволить себе поблажку, и он никогда не увидит свободной жизни и тем более свою сестру.

В тёмной клетке, где в кучи сбились рабы, злобно разглядывая друг друга, оценивая возможности и шансы на выигрыш, там, куда солнце пробивалось только через тонкие щели между досками, один уже немолодой невольник, открыл ему страшную истину.

Стоит. Глаза Сенты пристально следили за рабом, свалившим его. Стоит.