Моменты

С одной стороны, хотелось закрыть глаза и упасть в неизвестность, но с другой – подмывало увидеть все до мельчайших подробностей.

До приближения поезда оставались считанные секунды. Я приготовился сделать решительный шаг вперед, с платформы, как вдруг чья-то твердая рука хлопнула меня по плечу.

– Купер! Сколько лет, сколько зим! – вслед за дружеским ударом последовала фраза. Я знал этот голос очень давно.

– Майлз? – мое удивление хоть и было оправданным, но получилось очень уж ярким. – Ты… Как ты? … Откуда ты здесь?…

– Вот уж не ожидал тебя увидеть, – Майлз широко улыбался и тряс в приветственном пожатии мою руку.

 – Как сам-то?

– Да нормально, – я был на грани ступора, и губы говорили что-то автоматически.

– Я так и думал, ты же у нас счастливчик, ха-ха, – Майлз искренне смеялся, и его глаза горели радостью от столь неожиданной встречи. – А я проездом в Миллениуме. Сейчас снял квартиру на пару дней, – он вдруг хлопнул в ладоши. – А пошли ко мне, посидим, поболтаем.

Я был совершенно сбит с мыслей, и фраза вылетела на автомате:

– Ну, хорошо.

Мы пошли прочь со станции. Я оглянулся на подъехавший к платформе поезд, который должен был отсечь мне голову. Совершенно пустые вагоны смотрели на меня глазницами открытых дверей. Как не вовремя я встретил Майлза. Или, быть может, наоборот вовремя.

Оказалось, мой старый друг снимал квартиру совсем недалеко от метро, потому мы очень быстро дошли пешком. Всю дорогу он что-то рассказывал о том, где был, куда ездил.

Я же молчал, пропуская его рассказ мимо ушей. Я думал об этом человеке, который совершенно случайно, а, скорее всего, сам того не ведая, спас мне жизнь.

Надо сказать, что Майлза я знал с самого детства. Еще мальчишками мы проводили вместе все свободное время. Правда, дружба эта была странная: хоть мы и были ровесниками, я всегда воспринимал его старше себя. А потом, после школы, он ни с того ни с сего пропал. Исчез, не сказав ни слова.

Мобильного телефона я не знал, а найти в интернете одного человека из миллиардов не так и просто. И вот сейчас, спустя девять лет, он вдруг появляется в Миллениуме как ни в чем не бывало, словно расстались лишь вчера.

– У меня творческий беспорядок, так что без претензий, – усмехнулся Майлз, отворяя дверь.

Эта миниатюрная однокомнатная квартира была сплошь завалена одеждой, коробками с аппаратурой и непонятными безделушками.