Моменты

Сумка орала уже второй припев, но найти источник этого истошного звука девушке так и не удавалось. Ни в кармашке, где и было его место, ни во всех остальных отделениях. От негодования Мэлони высыпала на стол содержимое сумки, что было весьма безрассудным поступком. Бесчисленное количество маленьких флакончиков всех видов косметики, ручки, скрепки, кошелек и еще не счесть сколько всякой всячины – все это с грохотом рухнуло на скользкую поверхность и раскатилось в разные стороны, ссыпаясь на пол. Из сумки выпало все кроме мобильного телефона.

Уже не сдерживая себя, Мэлони просто взяла и с приличного размаха треснула сумкой о стол, от чего вышеупомянутое барахло разлетелось по всему кабинету. Однако это очень даже помогло: музыка, наконец, замолкла, сменившись сначала странным шуршанием, а затем вопросительным «алло».

– Кто? – с вызовом спросила Мэлони у сумки. Ее ничуть не удивило, что от такого удара ей удалось одновременно разблокировать телефон, ответить на звонок и включить громкую связь.

– Мэлони, это Марта, – раздался из сумки приятный женский голос. – Не злись так на меня, пожалуйста.

– Да я не злюсь. Привет, – Мэлони облегченно выдохнула, потому что после всего пережитого была готова убить настырного абонента прямо через телефонную трубку. Но Марта была ее лучшей подругой, поэтому злость тут же испарилась.

– Я хотела извиниться, что не смогу сегодня с тобой встретиться.

– Да ладно, просто ты могла и раньше сообщить. Что случилось-то?

– Ты представляешь, Мэл, Он пригласил меня на свидание, – из сумки раздался довольный смешок.

Слово «он» было произнесено с таким акцентом, словно речь шла о папе римском.

– Ну, ничего себе! И ты только сейчас говоришь мне об этом, подруга? – наигранно съязвила Мэлони.

– Да хватит тебе уже, – Марта рассмеялась в ответ. – Кристофер только вчера вечером предложил встретиться. Мы идем в японский ресторан.

– Ты же никогда не была там. Вдруг тебе не понравится сырая рыба?

– А она там сырая? – удивилась Марта.

– Рыба сырая. Осьминоги и прочая морская тварь вообще живьем подаются. Так их есть удобнее, сами в рот лезут, – реплика звучала очень даже убедительно, потому Марта и не смогла сразу распознать сарказм.

– Фу! Ты серьезно?

– Нет, конечно, это я над тобой издеваюсь, потому что ты засранка, каких поискать, а еще имеешь наглость называться моей подругой, – последнее слово было произнесено на более высокой ноте и подкреплено легким кивком.