Непрощённые

 – Понимаешь, запретная магия – это не некая книга или предмет, спрятанный в подземельях Нумы. И печати – вовсе не набор сдерживающих заклинаний. Доступ к запретной магии – это, прежде всего, Сила мага, который вознамерится его получить. Если Силы недостаточно, маг никогда не сможет прикоснуться к этому знанию.

– И из этого следует…, – поторопила его Рани, чтобы Ри вновь не уплыл в долгие рассуждения.

– Из этого следует, что магов такой Силы я могу пересчитать по пальцам. А тот, кто появился в Дримме и те, кто натворили все это с людьми в селении, осквернили храм – явно не из их числа.

Получается, что я должен поверить, будто Старшие могут использовать магию? Это неслыханно. Это просто невозможно. Если бы Боги дозволили такое, никто из людей не смог бы вам противостоять. И Большая война уж явно кончилась бы иначе. Нет, это совершенно невозможно, однако это все-таки было. Я с ума схожу, Рани.

Он растерянно и жалобно посмотрел на шенну. Изумление на его лице было таким явным, что Рани без всяких сомнений поверила ему – они действительно столкнулись с чем-то невозможным и невообразимым.

– Что, и даже догадок нет? У тебя-то? – спросила она, чуть насмешливо, чтобы скрыть неловкость.

Ри нахмурился.

– Я далеко не все знаю о магии. Много, но не все.

– А есть тот кто знает все?

Рани пытливо смотрела в лицо мага. Он выдохнул, во взгляде загорелся проблеск интереса и чего-то похожего на уважение.

– Хороший вопрос, шенна. Очень хороший. Возможно, Высшая жрица Сердца Нумы… Но нам это мало чем поможет.

А больше, пожалуй, я не назову никого. Еще недавно я считал, что после Высшей только я знаю о магии настолько много. Теперь я так не считаю.

Ну вот. Снова скис. Пожалуй, проку от него становится все меньше, а проблем все больше. Неутешительные новости привезут они принцу. И, похоже, дальше придется таскать за собой колдуна, как обузу, которую, однако, не скинешь запросто.

Рани рассеянно потрепала гриву своей лошади и, не глядя на Ри, сказала:

– Однако, ты знаешь больше нас о магии и о всем таком.

Больше принца, Мэйра и меня, уж точно.

– И что? – уныло отозвался Ри.

– А то, что можешь быть полезен хотя бы этим. Можешь, в конце-концов, собраться и начать думать не только о том, как тебе сейчас плохо! Хоть ты и был всегда высокомерной ученой скотиной, уж лучше бы ты ею и остался, чем теперь вот смотреть на то, как ты жалок. Пришибла бы, если бы могла.

Шенна в сердцах ударила каблуками в бока лошади, пустив ее в галоп.