Параллельная вселенная Пеони Прайс

Убираю беспорядок, который сама же устроила, выпиваю стакан воды и поднимаюсь в спальню.

Перед тем как лечь спать, набираю Итана.

– Оставляйте сообщение или не оставляйте – мне плевать.

* * *

Шестнадцать лет назад

Пеони исполнилось пять лет. Этот день рождения стал первым, который она запомнила.

Стенли и Лили Прайс устроили в честь дочери грандиозный прием. Дом украшали вазы с букетами белых пионов[41 - Peony – пион (англ.).]. Бокалы гостей то и дело наполнялись шампанским. На экране показывали рекламные ролики, в которых снималась Пеони, а учитывая, что ее карьера началась с двух лет, роликов накопилось много.

Прием был устроен в честь Пеони, но он не походил на праздник. Скорее, на выставку, показ, шоу, презентацию – на что угодно, только не на день рождения пятилетнего ребенка. Но Пеони этого не осознавала. Однако понимала, что день, которого она ждала с таким предвкушением, оказался хуже всех остальных, вместе взятых.

Взрослые были увлечены обществом друг друга, а Пеони скучала, сидя на лестнице, ведущей в сад.

Раньше Пеони веселила няня Роуз. Но она уехала. Мама говорила, что она отправилась «в расистский ад, где ей самое место». Роуз называла его Оклахомой.

Чтобы совсем не заскучать и не уснуть под теплыми лучами солнца, Пеони принялась считать столы, сервированные для взрослых, пришедших разом в их дом. Обычно они приходили по отдельности, следовали за папой в кабинет, откуда слышались отголоски заумных разговоров, и уходили, порой оставляя родителей в расстроенных чувствах.

Но сегодня был не такой день.

Сегодня все пили из натертых до блеска бокалов с длинными ножками, смеялись, разглядывали фото Пеони и умилялись симпатичному личику. Ее саму никто не замечал, а если и замечал, то просто щипал за «эти миленькие щечки». Мама говорила что-то вроде: «Она такая красивая, правда? – и всегда добавляла: – Недаром ее так любят рекламодатели». И это было правдой, чему свидетельствовали рекламные ролики с Пеони в главной роли, которые папа любил показывать взрослым, оказавшимся в его кабинете.

При этом он всегда говорил: «Ваши продажи точно вырастут». Пеони не понимала, зачем он так делает, потому что не собиралась никому ничего продавать. Она только недавно научилась считать до десяти.

«Наша подрастающая гордость» – называли ее родители. Но в собственный день рождения «гордость» ужасно скучала, ведь на праздник не пригласили ни Роуз, ни детей.