Сердце Волка

Жрица злобно сверкнула глазами и грозно произнесла:

– Великая Мать сделала свой выбор! Ты осмеливаешься перечить ее воле?

Сивук знал, что в этот момент спорить со жрицей бесполезно. Но он не собирался уступать.

– Великой Матери нужна кровь Волков. Пусть это будет моя кровь!

Жрица недоуменно посмотрела на охотника.

– Я уговорил Бойко на поход! Я был во главе отряда! Я навлек на племя позор своим поражением! Только мне держать ответ перед Небесной Волчицей за то, что произошло.

Бугешку замолчала в раздумье.

– Слушай, Бугешку, – тихо заговорил вождь, – Эта женщина из племени Солнца спасла наших мужчин от смерти. Она последовала за нами как знак перемирия между нашими племенами. Если мы лишим ее жизнь, племя Солнца соберет своих мужчин и придет на наши земли, чтобы отомстить. Оставим ей жизнь – приобретем союзника. Сможем обменивать шкуры на зерно.

Племя нетерпеливо гудело, ожидая решения жрицы.

– Быть посему! – тихо произнесла Бугешку. – И моли Великую Мать, чтобы ее гнев не лег на твои плечи.

Она вернулась к Тотему. Следом за ней спокойно шел Сивук. Бугешку взяла его за руку и перерезала ему запястье. Темная кровь брызнула из раны в чашу. Наполнив чашу до краев, Бугешку накрыла порез платком и туго его завязала. Ритуальный костер разгорелся с новой силой. Бугешку зашептала молитвы.

– О Великая Мать! – закричала она вновь, вздев руки к нему. – Прими этот священный дар. Отведи от нас беды.

Она вылила кровь в огонь. Пламя зашипело, принимая жертву.

– Настало время проводить мертвых! – заговорила она вновь.

Мужчины перенесли носилки с погибшими к Священному Тотему и отошли в сторону. Жрица подкинула хворост в костер, и он запылал с новой силой.

– О Великая Мать! – вновь понеслись по поляне мольбы женщины. – Сегодня настал день, когда мы провожаем твоих сыновей в последний путь в твою Великую Долину.

Бугешку достала из-за пазухи сухую ветку травы и поднесла к костру. От жара трава задымилась, и едкий запах понесся по деревне. Жрица опустилась у первых носилок и стала окуривать каждого мертвого охотника. Белый дым обволакивал его, а жрица произносила молитвы. Так повторилось у следующих носилок и дальше.