Сказания Дальних гор

 – Тут, говорят, деревня где-то рядом? Вы не оттуда ли?

– И вам легкой дороги, – сдержанно ответил первый погонщик. – Деревня тут одна – Холмовище, она же – Лесорубка, потому что лесорубы там живут. Тамошние мы, вот, лес в Старый Острог повезли…

– Там что же, разве леса своего рядом нет? – удивился Тим.

– Такого – нет, – хмуро отвечал погонщик. – Да знаешь ли, такие породы дерева только здесь найти можно! А вы, уважаемые, к нам ли в деревню путь держите? Нужно ли вам чего?

– Не, мы – на Еловый хребет, охотиться, слышно что-нибудь оттуда? – Иржи махнул плетью в сторону лесистых холмов на севере.

Погонщики переглянулись.

– Дикие места. Неспокойные, – лаконично ответил второй погонщик, глядя куда-то в сторону.

– А что так?

Возникла пауза.

– В прошлую декаду пятеро наших мужиков вернулись из-за Мгинского перевала, чудные вещи рассказывают… – неохотно стал объяснять первый. – По ночам кто-то по лесу бродит вокруг стоянки, только ветки хрустят, а кто – не видно. А собаки аж с ума сходят от страха, скулят, к ногам жмутся; одна сорвалась, убежала в темноту, да больше не видели ее.

Утром искали, звали… А собака-то умная была – никогда бы не потерялась! А у костра, говорят, сидишь – такое мерещится, будто из темноты следит кто за тобой, всякий раз оглянуться хочется, ан же – нет никого…

– Нелюдь, говорят, чаще появляться стала, – поддержал второй. – То один издалека видел, то другой… Только собаки – они нелюдей не боятся, они лаять будут, кидаться, а не прятаться.

Но охота там и впрямь хорошая, хотя Ставр, следопыт наш, вот тут неподалеку такого оленя завалил! И зачем вам так далеко ехать – здесь бы и охотились…

– Да мы уж туда ехать настроились, не пугливые. Ну, спасибо за добрый рассказ! – и Иржи послал коня вперед. Позади вновь заскрипели и загромыхали на ухабах телеги.

– Нет, ты понял! – возбужденно обратился к Тиму его спутник. – Кто-то большой по ночам по лесу ходит и его собаки боятся! Да точно говорю тебе – это единорог черный балует! Самое его время! Вот бы к нам на огонек пришел такой зверь!

Вскоре позади остался поворот с покосившимся указателем: «Холмовище, 2 версты», и дорога, как и предупреждал Рудольф, превратилась просто в широкую тропу, с обеих сторон от которой колыхалась высокая – коню по брюхо – трава, а чуть дальше начинались непролазные колючие кусты.

Ближе к вечеру на севере обозначился контур невысокой горной гряды, и дорога постепенно пошла на подъем.