Выше звезд и другие истории

На часах было 17:06.

В 17:11 Хейбер нажал на «Усилителе» черную кнопку «Выкл.».

В 17:12, заметив, что на ЭЭГ опять появились резкие зубцы и «веретена» медленного сна, он наклонился к пациенту и трижды отчетливо произнес его имя.

Орр вздохнул, широко повел рукой, открыл глаза и проснулся. Хейбер несколькими привычными движениями отсоединил электроды.

– Хорошо себя чувствуете? – В дружелюбном вопросе звучала уверенность.

– Нормально.

– А вы видели сон. Это я знаю точно. Не расскажете, о чем?

– О коне, – сказал Орр хрипловато, еще до конца не проснувшись.

Он сел на кушетке.

– Мне снился конь. Вот этот. – и он показал на изображение, украшающее стену в кабинете доктора. Большая, размером с окно фотография знаменитого скакуна по кличке Таммани-Холл, резвящегося на травянистом выгоне.

– И что он делал? – спросил Хейбер, довольный. Он не был уверен, что суггестия по поводу содержания сна сработает с первой попытки.

– Я… шел по полю. А он сперва был вдалеке. Потом он рванулся и поскакал ко мне, и через некоторое время я понял, что сейчас он меня снесет.

Но я совсем не испугался. Я подумал, может, удастся поймать его за уздечку или ухватиться и вскочить ему на спину. Я понимал, что он не может мне навредить, потому что на самом деле это лошадь с вашей картинки, а не настоящая. Это все какая-то игра… Доктор Хейбер, вас в этой фотографии ничего… ничего не смущает?

– Ну, некоторые считают, что для кабинета психиатра слишком много драматизма, перебор. Секс-символ в натуральную величину прямо напротив кушетки, – засмеялся врач.

– А час назад он тут был? Разве тут не был вид на гору Худ, когда я только зашел… до того, как мне приснилась лошадь?

Боже мой, там действительно раньше была гора Худ, он прав.

Да нет, какая гора, не было никакой горы – лошадь, была лошадь…

Нет, гора…

Была лошадь была лошадь бы…

Он бестолково уставился на Джорджа Орра и молчал, хотя вопрос прозвучал уже несколько секунд назад. Нет, нельзя дать сбить себя с толку, надо внушать уверенность, он-то человек, который на любой вопрос знает ответ.

– Джордж, то есть вы помните, что здесь у меня была фотография горы Худ?

– Да, – сказал пациент довольно грустным тоном, но твердо, – помню. Была. Со снегом.

– Гм, – многозначительно кивнул Хейбер.

Ужасный мороз прошел под ложечкой.

– А вы разве не помните?

Ох уж эти глаза – неопределенного цвета, но с ясным и прямым взглядом, глаза помешанного.

– Увы, нет.