Сказания Земноморья

«Так я и сама на ведьму стану похожа», – подумала Тенар. И чтобы перестать думать об этом и Геда тоже заставить думать о чем-нибудь ином, а еще потому, что вкусное, но все-таки довольно крепкое вино развязало ей язык, она снова заговорила:

– А я знаешь о чем подумала… вспомнила, как Огион учил меня, а я все не хотела учиться дальше, а потом взяла и ушла, нашла себе подходящего фермера, вышла замуж – так вот, я тогда все время думала, даже в день свадьбы, что Гед, конечно же, очень рассердится, когда услышит об этом! – Она засмеялась.

– Я и рассердился, – сказал он.

Она промолчала.

– Я был разочарован, – пояснил он.

– Рассержен, – сказала она уверенно.

– Рассержен, – согласился он.

И снова наполнил ее стакан до краев.

– Тогда я и сам обладал могуществом и способен был различить его в других, – сказал Гед. – А ты… ты вся светилась там, под землей, в этом ужасном Лабиринте, во тьме кромешной…

– Ну хорошо, тогда скажи: что мне было делать со своим могуществом, со всеми магическими знаниями, которые пытался вбить в мою голову Огион?

– Использовать их.

– Как?

– Как используется Великое Искусство Магии.

– Кем?

– Волшебниками, – ответил он с затаенной болью.

– Магия, значит, и есть всего лишь умение, мастерство магов?

– Что же еще?

– А разве это все?

Он задумался, изредка поглядывая на нее.

– Когда Огион учил меня, – сказала она, – вот здесь, у очага, словам Истинной Речи, я так же легко и твердо выговаривала их, как и он сам. Как если бы я вспомнила язык, который знала с рождения.

Зато вся остальная мудрость – старинные руны, Великие Заклятия и правила – казалась мне мертвой. Все это было мне совершенно чуждо. Я часто думала: все это похоже на то, как если бы меня одели в военные доспехи, дали меч и копье, шлем с перьями и все такое… насколько нелепо я бы во всем этом выглядела, разве не так? Ну зачем мне, например, меч? Что героического я могла бы совершить с его помощью? Я в этих доспехах даже и ходить-то нормально не могла бы – все равно осталась бы женщиной, осталась бы самой собой.

Она отпила немного вина.

– Так что я все эти волшебные доспехи с себя сбросила, – сказала она, – и надела привычную мне одежду.

– А что сказал Огион, когда ты собралась уходить?

– А что он мог сказать?

На его губах появилось подобие улыбки, но он промолчал.

Она утвердительно кивнула. И через некоторое время продолжала более спокойно:

– Я стала его ученицей только потому, что меня привез сюда ты.