Левая рука тьмы (сборник)

Так от какого врага защищаться сначала?

Старейшины склонялись к тому, чтобы ничего не предпринимать, однако Умаксуман и его сторонники все-таки настояли на том, чтобы послать вестников в соседние Пределы Аллакскат и Пернмек и узнать, что они скажут о плане совместной обороны. Этим все и ограничилось. Шаман отпустил тощую ханну, которую привел на случай, если будет решено начать войну – такое решение обретало силу, лишь подкрепленное ритуальным побиением камнями, – и Старейшины разошлись.

Вольд сидел у себя в шатре с мужчинами своего Рода над горшком горячей бханы, когда снаружи послышался шум.

Умаксуман вышел, крикнул кому-то, чтобы они убирались подальше, и вернулся в большой шатер с Агатом, дальнерожденным.

– Добро пожаловать, альтерран! – сказал старик и, злокозненно покосившись на двух своих внуков, добавил: – Не хочешь ли сесть и разделить с нами нашу еду?

Он любил ошарашивать людей. Всю жизнь любил. Потому-то в былые дни он так часто и наведывался к дальнерожденным. А кроме того, это приглашение рассеяло мучивший его стыд: все-таки не следовало упоминать перед другими мужчинами о дальнерожденной девушке, которая когда-то стала его женой.

Агат, такой же невозмутимый и серьезный, как и в прошлый раз, принял приглашение и съел столько каши, сколько требовали приличия. Пока они ужинали, он молчал и, только когда жена Уквета выскользнула из шатра с остатками трапезы, наконец сказал:

– Старейший, я слушаю.

– Слушать тебе придется немного, – ответил Вольд и рыгнул.

 – Вестники побегут в Пернмек и Аллакскат. Но мало кто согласился на войну. С каждым днем холод все сильней, и спасение – только изнутри стен, только под крышами. Мы не странствуем в былых временах, как вы, но мы знаем, каким всегда был Обычай Людей, и следуем ему.

– Ваш Обычай хорош, – сказал дальнерожденный. – Настолько хорош, что гаали переняли его у вас. В былые Зимы вы были сильнее, чем гаали, потому что ваши кланы встречали их вместе, а они шли разрозненно. Но теперь и гаали поняли, что сила – в числе.

– Только если эта весть – не ложь! – крикнул Уквет, который приходился Вольду внуком, хотя был старше его сына Умаксумана.

Агат молча посмотрел на него, и Уквет тотчас отвернулся, избегая прямого взгляда темных глаз.

– Если это ложь, то почему гаали так задержались на своем пути к югу? – спросил Умаксуман. – Почему они медлят? Когда-нибудь прежде они дожидались, пока не будет убрано последнее поле?

– Кто знает? – сказал Вольд.