Ночной звонок. Рассказы

И довольно крупный для своих восьми лет мальчик-интернатовец, которого детдомовцы и выбрали объектом «ломки». Так в течение пяти ночей, как только он засыпал его, будили, тыча культей Толика ему в лицо. Через два дня он стал писаться, а на пятую ночь с ним случился припадок, его увезла скорая и больше мы его не видели. Не забывайте, это были дети восьми-девяти лет! Это происшествие, так сильно подействовало на интернатовцев, что на месяц они были полностью деморализованы и детдомовцы их просто обирали, а непокорных нещадно били, как в открытую – стаей, так и ночью делая «темную».

Отбиралось все, начиная от какой-то провизии, что приносилась из дома, заканчивая одеждой и обувью, которую детдомовцы носили всю неделю и лишь перед уходом интернатовца домой, в субботу – возвращали, чтобы дома не заметили.

Любые изъяны во внешности, в поведении, в здоровье или говоре, высмеивались нещадно и зло. Почти у всех были клички, непонятно за что и кем данные, но почти все унизительные. «Рыжий пёсичка» – детдомовец из Очамчира, единственный мой близкий по интернату друг, с которым я поддерживал связь даже через восемь лет после интерната, «Козявинчи- букахинчи», «Сопля», «Сыкун» и т.

 д. Воровство, особо сухарей из тумбочки в спальне нещадно каралось, невзирая на лица!

Мое полковничье воспитание давало о себе знать. Со временем сплотил интернатовцев и мы дали достойный отпор, издевательства прекратились. Особым признанием моих заслуг в примирении было то, что мне ни одна сторона не дала какую-нибудь унизительную кличку.

«Свои» звали по имени, а «чужие», чем я очень гордился – профессором, так как я частенько рассказывал на ночь рассказы Э. По, Честертона и даже изредка Э. Золя, которого я читал дома, украдкой по выходным.

Запомнились поголовные вакцинации и приезд стоматологов. Если первые, делая прививку оставляли в покое, то вторые, приезжая один раз в год, видимо, выполняя план по зубам, одним-двумя вырванными зубами не ограничивались и многие из детей ходили с многочисленными прорехами во рту.

Однажды у меня заболело ухо, врач посмотрела и сказала, что пройдет. Но в ухе нещадно стреляло и боль была невыносимая. Мне разрешили остаться в спальном корпусе и не идти на уроки. Так я лежал и мучился двое суток. Врач так и не пришла больше и лишь Леня (Рыжий пёсичка) постоянно был рядом и менял холодные компрессы, которые прикладывал к больному уху. Ночью вторых суток я сбежал и заявился домой в пять часов утра.