Предтечи будущих побед

Да и почему ты решил, что она не замужем?

– Найду или не найду, это, как говорится, из области предположений, а оно имеет спектр от минус и до плюс бесконечности, как статистика. А по поводу моей уверенности в том, что она свободна, так это не ко мне. С этим обращайся к артисту Баталову из «Москва слезам не верит». Он довольно точно вычислил женщин, находящихся в поиске. Ну, так что? Поможешь?

– Я, собственно говоря, готов, всем, чем могу, – слегка подрастерялся разведчик, – только вот не могу взять в толк, чем же помочь? Провести с ней беседу?

– Ну, что ты, ей Богу, говоришь такое, Игорь Олегович? – поморщился Афанасьев.

 – Какие еще беседы? Мы же не на парткоме.

– А что, тогда? – недоумевающе вскинул брови собеседник.

– Мне от тебя нужно совсем другое.

– Что?

– А вот что. Сам видишь, какой высокий и ответственный пост я занимаю. К тому же возраст у меня тоже не юношеский. Осечку в этом деле я себе позволить не могу, и временем на пригляд уже, к сожалению, не располагаю.

Пост, еще раз подчеркну, у меня большой и ответственный, а значит и женщина, которая будет находиться рядом со мной, должна как-то соответствовать этому моему положению. Это я в том смысле, что у нее не должно быть никаких пятен в биографии, чтобы мне на старости лет не позориться, если ушлые журналюги на нее что-нибудь раскопают.

– В нашем ведомстве не работают люди с запятнанной или неоднозначной репутацией, – попробовал деланно оскорбиться Костюченков.

Но Афанасьев только отмахнулся от этой реплики:

– Твой коллега, кстати, тоже адмирал, по этому поводу сказал однажды что?

– Отбросов нет – есть кадры, – уныло процитировал Канариса[13 - Ви?льгельм Франц Кана?рис (1 января 1887 – 9 апреля 1945) – немецкий военный деятель, адмирал, начальник службы военной разведки и контрразведки в нацистской Германии.

] Игорь Олегович.

– Вот именно, – со значением произнес диктатор. – Поэтому ты Игорь Олегович, не в службу, а в дружбу подготовь-ка на нее подробное досье.

Где? Что? Как? Знакомые. Привычки. Ну и всякое такое, сам понимаешь. Сможешь?

– Смогу, – коротко ответил Костюченков.

– Как скоро? – спросил Афанасьев и даже слегка застыдился своего мальчишеского нетерпения.

– Разрешите ваш сотовый? (В здание Национального Центра обороны никому не разрешалось проносить сотовые телефоны. Исключение составляли только Министр обороны и Начальник Генштаба).

– На, – протянул ему свой коммуникатор Афанасьев.