Тень Грифона

В два поворота гном достал ведро и поставил его у ног женщины. Морщинистое лицо старушки расплылось в благодарной улыбке:

– Ой, молодчик, выручил!

Бандераль молча забросил второе ведро в колодец. Когда обе емкости были наполнены живительной влагой, наёмник подхватил их и уставился на старушку: показывай, мол, куда нести. Гном не любил людей. Но пройти мимо не смог.

– Сюда, милый, сюда неси, – причитала старушка, торопливо топая впереди.

При ходьбе она переваливалась из стороны в сторону. Старая шерстяная накидка с капюшоном, маленькие узкие галоши на босу ногу.

– Почему за водой одна ходишь? Помочь, что ли, некому? – буркнул Бандераль, занося вёдра в ухоженное жилище бабушки.

– Некому, милок, – женщина устало села на скамейку, стряхнула рукой со стола невидимые крошки, – Одна я живу.

Гном нахмурился. «Зря спросил. Душу только растеребил», подумал он. Старушка вдруг оживилась, вскочила:

– Давай, милок, чайку выпьем?

Бандераль хотел было отказать, но старушка торопливо добавила:

– Потолкуем, я тебе про жизнь свою бедовую расскажу, карман зашью.

Бабушка кривым пальцем указала на подрезанный карман гнома. Бандераль выругался про себя, но кивнул. Старушка мигом расшевелила старенький примус, подогрела чайник. Бандераль с любопытством наблюдал, как лихо и уверенно пожилая женщина со всем управлялась.

– Одна-то я одна, – говорила она, пока заваривался чай, – Да не совсем.

Старушка хитро улыбнулась, взглянула на гнома.

– Помогает мне милок один. Ларги зовут, авось встречал?

Бандераль покачал головой.

– Эльф он, молоденький. Совсем дитя ещё, – продолжала старушка, поставив на стол подставку с печеньем, хлеб и варенье.

Гном подивился её щедрости: печенье редко встречается даже на дорогих обедах, а тут какому-то незнакомцу…

– Сейчас он токмо задержался. Я-то, дура старая, подумала, что сама управлюсь с воротом-то колодезным. Слава Избраннику, ты мимо проходил, а то так бы и упала в колодец-то вслед за ведром.

Старушка тоненько засмеялась, наклонив голову. Вдруг встрепенулась:

– Ты сымай пока рубаху-то, подлатаю. Всё одно чай ждать. Да не стесняйся, старая я уже.

Бандераль стянул рубаху и протянул её старушке. Та, заметив шрамы и раны на мускулистом теле гнома, поцокала языком, покачала головой, но промолчала. Ловкими морщинистыми руками бабушка в считаные минуты залатала карман.

– Теперь-то как новая, – вернула рубаху владельцу.