Далёкое завтра

От создателей требуется только развитие самого интернета. Почему? Да потому, что каждый человек, находящийся в сети, чувствует себя и исключительным, и нужным остальным, связанным со всеми сразу, хоть и более одинок. Это понятно?

– Не очень. – Гафт, казалось, не может уловить мысль профессора, как будто она скрывалась в глубине. – Это значит мне надо разобщить людей и держать их, одновременно, вместе?

– Нет. Нет-нет-и-нет. Вам, наоборот, надо их объединить! Создать общество, которое имеет все, но объединено не виртуально, как в интернете, а реально.

– Профессор, – быстро заговорил Моисей, – но прошлый раз мы говорили, что должны разобщить их, чтобы управлять.

– Нет… Не так! Объединить и разобщить. Объединить идеей, и разобщить физически. Ведь, как я понял, глобальная задача, стоящая перед вами, уменьшение рождаемости и полный контроль над ней. Так ведь все предпосылки уже есть. Осталось дождаться технологий, позволяющих выращивать людей в пробирках.

– Поверьте, профессор, такие технологии уже существуют. И доступны нам.

– Ну тогда я не понимаю, что вас удерживает от следующего шага, ведь люди готовы к нему. Интернет объединяет, а масс-медиа давно уже готовят к замене с гетеросексуального на общество со свободной любовью. И эта тенденция, технология, специально запущенная в двадцатом веке, имела лишь одну цель: ограничить рождаемость. И как вы видите, это радужное безумие только расползается по Земле со все возрастающей скоростью.

– Хм, по-моему, мне уже прорисовывается устройство города будущего. – довольно заметил Гафт. – Исключительность людей будет проявляться в том, что живут они в совершенно особенном месте, а разобщенность… в том, что гендерных связей не будет. Осуществить это проще простого. В одном городе мужчины, в другом женщины. И всякая память о гетеросексуальности должна исчезнуть из любых голов и архивов. Возможно, что и о сексуальности вообще…

– Хм… – Стравинский на несколько секунд замолчал, обдумывая реплику Гафта, затем медленно заговорил: – Что ж, идея разумная.

– Согласен, этот вопрос нужно ещё проработать, но мысль же хорошая, а, профессор?

– Несомненно. Но не хотелось бы мне жить в таком обществе…

– Почему же?

– Тотальный контроль.