Второй день на царствии

Уже не шибко разбираясь в салатах и прочем, полковник наспех собрал вилкой с нескольких тарелок сразу, засунул в рот. К разварной картошке, что уже давно исходила паром в чугунке, поставленном на стол, даже не притронулись оба, налегая на холодные закуски. Наконец, прожевав, он продолжил:

– Давеча в обед, разговаривал я с Ивановым, – без лишних предисловий начал он. – Иванов прямым текстом заявил мне, что супостаты на этом не остановятся. И раз уж ты с большой вероятностью можешь оказаться в эпицентре предстоящих в ближайшем будущем событий, то и вместе с тобой в нем могут оказаться и те, кто находится непосредственно рядом.

– Вы полагаете, – с испугом начал этот, в общем-то, далеко не робкого десятка человек, но Виттель его тут же перебил.

– Я могу полагать, все что угодно, volens-nolens, другое дело, чем могут располагать они, и чем будут руководствоваться, – жестковато ответил он. – Исходя из того, что они демонстрировали до сих пор, та же самая «Дельта» или «Морские Котики» с «черной водой»,[11 - Дельта, Морские Котики и «black water» – спецподразделения, находящиеся на службе США и применяющие методы далеко выходящие за рамки конвенциональности.

] ничего нельзя исключать, даже самого наихудшего. Эти нелюди не станут разбираться кто комбатант,[12 - Комбатант (сражающийся) – лицо, входящее в состав вооруженных сил одной из сторон международного вооруженного конфликта.] а кто нет – покрошат в сечку всех, кто им попадется.

– Но что вы предлагаете, Михал Дмитрич? – все еще не понимая, куда тот клонит, спросил Боголюбов.

– Наталья! – крикнул Виттель в чуть приоткрытую дверь соседней комнаты. – Ты там подслушиваешь?!

– А как же?! Конечно, Михаил Дмитриевич! – донеслось оттуда.

– Тады, подь сюды! Об тебе разговор вести будем, – улыбаясь каким-то своим мыслям, зычным голосом командира позвал он.

Наталья Константиновна не замедлила со своим появлением пред залитыми спиртным очами мужа и гостя. Тот же продолжал, как ни в чем, ни бывало:

– Я-то понятное дело – присягу давал, ты вон тоже Сергеич, весь, как есть, опутан тоже всякими расписками о «неразглашении» и «соблюдении».

Оба мы знаем, чем занимаемся, и чем это нам грозит в случае чего. Но почему и за что должны страдать наши близкие, которым и так несладко живется рядом с нами?!

– А куда деваться-то, Михаил Дмитриевич!? Доля наша женская такова. Тут уж ничего не попишешь. Куда нитка, туда и иголка за ней, – спокойно восприняла полученную информацию супруга Боголюбова.