Я стану императором. Книга 3

Он встал с койки, стянул с верхней полки свой баул и достал оттуда аккуратно сложенную робу аколита Ордена Войны.

– Будьте осторожны со своими желаниями – они имеют свойство сбываться!

Он критически осмотрел грубую серую ткань с красными вставками и обернулся ко мне.

– Знаешь, кто сказал эту фразу?

– Нет, – покачал головой я. – А это важно?

– Ещё как! – хмыкнул друг, к которому постепенно возвращалось его постоянно позитивное расположение духа. – Это был один персонаж из древней книги нашего народа.

Он ловко натянул на себя робу и прошагал в крохотный санузел, на стене которого висело зеркало.

– Никаких аналогий не видишь? – раздался оттуда его довольный голос. – А что, мне идёт!

– К чему ты это всё, Смирнов? – недовольно осведомилась фон Таубе.

– А к тому, моя милая Инесса, – сказал Пашка, выходя обратно к нам, и от этой его фразы Инесса наморщила свой очаровательный носик ещё сильнее, – что я с детства мечтал быть Инквизитором! И, похоже, благодаря нашему другу, моя мечта может осуществиться! И случится это гораздо раньше, чем я рассчитывал!

– То есть тебя не смущает, что ты фактически умер и потерял связь со своим прошлым? – удивилась девушка.

– Ха-ха! – Пашка веселился. – Это мало чем отличается от обычного вступления в ряды Инквизиции. Новый Инквизитор рвёт связь с Линией, принося персональную клятву Императору, меняет имя и отбрасывает своё прошлое! Как видишь, разницы практически нет!

– Но я-то не хотела стать Инквизитором! – продолжила возмущаться Инесса.

И снова Тадаси согласно кивнул.

– Ну, что я могу сказать? – развёл руками Пашка. – Сочувствую!

И снова залился смехом. Что в этом смехе было от нервного перенапряжения, а что от его обычного оптимизма, граничащего с пофигизмом, я не знал. Но был рад, что хотя бы один из друзей на моей стороне.

– Ты знаешь, Ноунейм, чего мне стоило попасть в спецназ? – внезапно подала голос лейтенант.

– Предполагаю, – кивнул я, ожидая продолжения.

И да, я действительно частично знал. Мало того, что конкурс там был просто бешеный, так Райли была ещё и женщиной! Традиции флота никуда не делись и женщин во флоте, в зависимости от воспитания некоторых флотоводцев и командиров, воспринимали в диапазоне от «ледяной терпимости» до «откровенного раздражения и неприятия».