Водоворот судьбы. Платон и Дарья

Но Романова насторожила просьба его заместителя, потому что обстановка на фронтах оставалась без каких-либо изменений и это не требовало его личного присутствия в Могилеве. Заподозрив, что Алексеев замышляет что-то, Романов тем более отказался оставаться в Ставке. К тому же императору, сильно переживающему за семью, оставаться в Могилеве было просто выше человеческих сил. В груди государя, там, где находилось сердце, давным-давно возникла непрекращающаяся боль. Она торопила и влекла Ники к горячо любимой семье.

Романов долгим взглядом поглядел в глаза генерала, как будто прощупывая ими его душу.

Алексеев почувствовал долгий и непонимающий взгляд императора.

– Неужели вы не понимаете всей опасности создавшегося положения? – спросил Ники с нескрываемым раздражением и, откинув голову на спинку кресла, крепко сомкнул непослушные губы.

– Ваше величество, я вместе с вами возмущен вопиющими беспорядками в столице.

– Думаю, что вы не осознаете до конца ту опасность, которая нависла над нашей страной и российским народом.

Я имею в виду революцию и войну, – император немного прикрыл утомленные глаза.

Алексеев с недоумением на лице приосанился и положил руку на грудь.

– Ваше величество, я думаю, что все образуется с божьей помощью.

– Русские говорят: на бога надейся, а сам не плошай.

– Мы прилагаем все силы, чтобы вернуть ситуацию в спокойное русло, – заверил генерал-адъютант, но государю почудился в его словах иной смысл.

Романов в эту минуту уже полностью проникся недоверием к своему заместителю, Каким-то внутренним чутьем Ники сильно усомнился в его преданности.

– Я сомневаюсь в этом, Михаил Васильевич. Вы говорите так, словно хотите туману напустить. Можете быть свободными! – ответил Ники, и Алексеев уловил в его голосе оттенок неудовольствия.

Романов был недоволен разговором со своим заместителем. Император также отметил про себя, как мгновенно переменилось лицо генерал – адъютанта. В этот миг он пожалел, что вовремя не заметил проделанную против него подлость.

Он подумал, что все, что случилось с ним правомерно и что он, прежде всего сам виновен в происшедшем. Все беды, и неурядицы произошли из-за предательства тех, кому он доверял больше, чем себе.

Матвей в душе воскликнул, чтобы Ники, приказал арестовать предателей генералов и что они могут подвести его под монастырь. Но император в условиях, когда в Европе полыхала большая война, твердо решил, что он не будет проливать русскую кровь и генералов-предателей.