Водоворот судьбы. Платон и Дарья

 – Демократы опять как в войне с японцами нанесли смертельный удар по нашей России. Как они могут так поступать? Как они могут желать поражения своей родине? Мы же были уже на пороге победы! У меня это в голове не укладывается. Сейчас я не о себе думаю, а о своей любимой стране.

– Они выманили тебя обманом из Петрограда, – горько сказала мать. – Что теперь будет?

– Не знаю. Я им дал все, чего они добивались. В стране создали парламент, политические партии, а свободы стало столько – какой нет ни в одной стране мира.

– Это-ужасно! Судьба стала злой к Романовым. Она неумолимо тащит нас в могилу.

– Мне сейчас очень не хватает Столыпина. Он бы никогда не допустил того, что сделали те, кто окружал меня в это трудное для России время, – сказал горько Ники и, не скрывая осуждающего тона, продолжил. – Если нужно, то я принесу себя в жертву, но только почему члены Дома Романовых непристойно ведут себя? Почему они забыли своих предков? Зачем Миша отказался от престола? Что теперь будет с Домом Романовых.

Ники хорошо понимал, что управление огромным государством дело сложное и ответственное и что широкая спина Столыпина могла бы прикрыть его от неурядиц, рядом с ним Романов мог работать во всю мощь и без помех.

Когда в барак неожиданно вошел Александр Михайлович, то вдовствующая императрица лила слезы, а Николай Александрович нервно курил папиросу.

– Мы устали вас ждать на улице. Все забеспокоились.

– Мы уже закончили разговор, – тихо ответила Мария Федоровна.

– Ники тебе надо уехать куда-нибудь, – вдруг сказал великий князь.

– И куда же я должен, по-твоему, отправиться?

– В какую-нибудь европейскую страну.

– Если мы не сможем остаться в России, то нам придется уехать за границу.

Ники сказал это серьезно с затаенным оживлением и с дикой печалью в синих глазах.

– Ты раздумывал, куда вы сможете отбыть?

– Думаю, что это будет Англия.

– Как же это все глупо.

– Как только все успокоится, мы немедленно возвратимся обратно. Но я надеюсь, что все еще образуется с божьей помощью. Бог видит, что я все делал для того, чтобы успокоить ситуацию в стране, – ответил серьезно Ники, но печаль не исчезла из его глаз.

Наговорившись и наревевшись вволю, Романовы отправились на вечерний обед в губернаторский дом. На фоне происшедшей трагедии обед прошел безрадостно.