Мамалыжный десант

 – Сержант накинул на шею Тимофея брезентовый патронташ. – Теперь иное дело, а то бегаешь с лопаткой, как дошкольник какой-то, мне аж стыдно за гвардию. Давай, не отставай, а то врежут нам слегонца под ребра, не говоря худого румынского слова.

Новобранец вновь бежал за солдатами, пытаясь понять, что и зачем они делают и почему такая срочность. Взяли же траншею, нужно ее держать, бойцов и так совсем мало.

Перепрыгнули через груду тряпья – брошенную румынскую шинель. Далее траншея кончалась.

– По одному, пригибаясь и не маяча! – скомандовал сержант.

 – Серега, ты с автоматом здесь, наблюдаешь.

Один из автоматчиков остался в траншее, остальные побежали к недалекому саду. Тимофей старался пригибаться и держать дистанцию. Винтовка в руке не мешала, вот патронташ болтался, как хомут на шее жутко костлявой лошади.

У старого плетня бойцы упали, сползлись вместе, переводя дух.

– Это вроде как хуторок, а само село еще в полукилометре, – рассуждал рыжий сержант. – С той стороны хозяйства дорога должна просматриваться, да и само село, наверное, хорошо видно.

На «ш» оно как-то называется, ротный говорил. Но это не важно, а важно то, что этот хуторок и сад нам фланг заслоняют. Накопятся здесь противники – до нашей позиции один бросок, вознамерят контратаку. Нужно тут осмотреться, присмотреться, наблюдателя оставить.

– Это верно, конечно, – пробормотал автоматчик. – Только, ежели что, здесь мы и останемся.

– Откуда такие настроения?! – поразился рыжий. – Если ухо держать востро, так уйдем и не вспотеем.

Главное, с ходу не налететь. Мало ли кто в этом дворце сидит. Что думаешь, Тимоха-партизан?

– Схожу, гляну, раз уж я почти в матросском. – Тимофей снял патронташ-хомут и поправил ворот пиджака.

– Подстрахуем, не сомневайся! – заверил сержант.

Разведчики перебрались сквозь прореху в плетне, отсюда дом сквозь ветви голых слив виден был отчетливо. Тимофей кивнул сержанту и, сутулясь, пошел во двор. Вроде и не успел привыкнуть к винтовке, а без нее как-то неловко.

Пальнут сейчас в лоб, даже гранату из кармана не успеешь выдернуть.

Стоило ступить во двор, из конуры испуганно залаяла собака.

– Цыц! Свои, не видишь, что ли! – по-молдавски прикрикнул Тимофей.

Пес еще раз неуверенно гавкнул, но высунуть нос из укрытия не рискнул. Ну да, близкая пальба и пулеметы хоть какого кобеля напугают.

Дом выглядел небогатым, признаков присутствия военных сил не наблюдалось. Разве что лопата новая, что у сарая лежит.