Братья и сестры по оружию. Связные из будущего (сборник)

Лейтенант не поймет, – он парень правильный. Сначала допрос снимет, потом отправит одурманенного фашистской пропагандой солдата в лагерь на перековку. Скорее всего, там камрад и загнется от холода, вшей и недоедания. Ну, фриц, сам выбрал.

Держа винтовку на изготовку, Катрин вышла из-за машины.

– Найн наци, – громко залопотал немец, увидев врага. – Майн фатер дер коммунист. Интернационал, ферштейн?

– Ферштейн, ферштейн, – пробормотала Катрин. В таких пределах язык Гете она вполне понимала. – Отец у тебя коммунист, мать проститутка, а сам ты не местный.

Разглядев фигуру с винтовкой, немец примолк, очевидно пораженный принадлежностью русского танкиста к женскому полу. Наблюдая за ним краем глаза, девушка разобралась с остальными. Двое убиты наповал. Автоматчик лежал в луже крови, зажимая простреленное плечо. Серое пыльное лицо, вокруг глаз светлые овалы, оставленные поднятыми на каску очками. Рыжих волос под шлемом не видно.

«Сын коммуниста» снова залопотал. Что-то о доблестной фройлян, о женском милосердии и Гаагской конвенции.

– Пошел в жопу со своей конвенцией, – искренне посоветовала Катрин и указала стволом винтовки на пояс пленного. – Разоружайся. Найн арсенал, ферштейн?

Пленный начал дергать свои пряжки и выдергивать из-за ремня гранаты с таким энтузиазмом, словно собирался разоблачиться до сугубо мирного нудистского состояния.

Держа под прицелом разоблачающегося немца, Катрин чувствовала себя глупо. Где лейтенант с Николаичем застряли? Катрин глянула на ту сторону. Лейтенант Любимов зигзагом, как положено по боевому уставу, бежал к мосту. Молодец, однако. Осторожный.

Уловив движение, Катрин дернулась, выстрелила, почти не глядя. Пуля пробила грудь раненому автоматчику, голова немца со стуком коснулась земли. Окровавленная ладонь бессильно выпустила рукоятку «парабеллума». И как он, почти не шевелясь, умудрился достать пистолет?

Когда девушка щелкнула затвором, разоружившийся немец с ужасом всхлипнул, задрал руки еще выше и зажмурился.

– Что случилось? – прохрипел запыхавшийся Любимов.

– Да тут проявил героизм один… истый ариец, – пробормотала Катрин. – Что вы так долго?

– Николаича ранили, – ответил лейтенант, оглядывая слегка ошалевшим взглядом поле боя. – В госпиталь его надо быстрее доставить.

– Так поехали. А то еще немцы появятся.