Мертвый источник

– Мистер Прайс, Гвен встречалась с кем-нибудь? У нее был бойфренд?

Он с удивлением посмотрел на меня.

– Нет. Гвен была слишком занята работой, чтобы думать о ерунде. В ее возрасте главное – карьера.

Хм. Вот как, значит? Картинка понемногу становилась яснее. Судя по всему, карьера дочки – единственное, что заботило ее родителей. Тогда все это не удивительно.

– То есть, у нее никого не было?

Прайс начал раздражаться.

– Я же ясно сказал – нет!

– А кем она работала, простите? Я знаю, что она служила здесь же, в «Серебряной Луне».

– Она была личным помощником начальника отдела сбыта. Постоянно была при нем. Часто задерживалась – у него много встреч в неофициальной обстановке, а она была его правой рукой. Зачем вы об этом спрашиваете?

Я собрался с духом и задал следующий вопрос.

– То есть, вы не знали о том, что она беременна?

В следующий миг случилось то, чего я никак не ожидал. Эдвин Прайс атакующей коброй метнулся ко мне, схватил за куртку и прижал к стене, оторвав от пола.

– Слушай, ты… Проныра! – он явно хотел ввернуть словечко покрепче, но сделать этого не позволило воспитание. – Я не знаю, откуда ты это узнал, но если ты пришел, чтобы меня шантажировать… Хорошо подумай, прежде чем что-нибудь ляпнуть, понял? Я тебя размажу, мразь!

– Спокойно, мистер Прайс. Спокойно, – перед глазами у меня заплясали красные огоньки – верный признак подступающего приступа бешенства. Терпеть не могу, когда меня трогают руками. Тем более – называя при этом мразью.

Он выполнил мою просьбу и отошел на шаг. Достал из кармана пиджака платок и принялся брезгливо вытирать руки. Я сделал глубокий вдох. Этот жест унижения еще сильнее подстегнул клокотавшую внутри меня ярость. Усилием воли загнав ее поглубже, я снова посмотрел на Прайса. Его лицо осунулось еще больше, а седина уже не казалась благородной.

– Мистер Прайс. Вы понимаете, что беременность – это мотив?

Он посмотрел на меня, как на идиота.

– Ее убил Высший. При чем тут беременность?

Ну да. Тут я немного погорячился. Согласен. Но я не сдавался.

– Если не мотив – то хотя бы нить. Если бы смогли установить отца ребенка – возможно, мы бы узнали еще что-то из тайной жизни Гвен. И это могло бы пролить свет на ее гибель.