Несуществующие истории

– Я Лика, вернее Анжелика, я здесь уже четырнадцатый день, вернее ночь, – ответила она, размазывая слезы по щекам.

Я смотрел на нее.

– Спасите меня, пожалуйста, я не могу больше здесь! – взмолилась она.

– Так, Лика, идемте вдоль стены, и как она закончится, мы встретимся, – проговорил я и сразу направился вдоль стены.

Мне показалось, что Лика мне что-то крикнула, но я уже не услышал, я уже бежал бегом. Добежав до конца стены, я не обнаружил Лики, и решил завернуть за стену и бежать ей на встречу, здраво рассудив, что девушки не так быстро бегают, как мужчины.

– Как такое возможно? Как мы поменялись, не встретившись? – вылетели у меня вопросы в пустоту.

– Валера, я же вам кричала, что все бестолку. Мы не сможем здесь быть вместе, лабиринт этого не допустит.

Я не понимал, как такое возможно.

– Лика, а вы из какого города? – спросил я.

– Из Москвы, хотя на самом деле приехала из Новосибирска к подруге и просто осталась в Москве, – ответила она.

Мы сидели с разных сторон стены и просто болтали ни о чем. И тут вдруг меня ужалила пчела, и с той стороны взвизгнула и Лера.

– Пчелы! Валера, надо двигаться, лабиринт не даст нам покоя, – закричала Лера.

– Я придумал! Я сейчас пролезу к тебе через эту дыру. И как я раньше не догадался? – крикнул я и полез сквозь стену.

И когда я уже наполовину был с той стороны, я увидел глаза Леры полные ужаса.

– Ты сейчас умрешь, лабиринт не позволит…

Продолжения я уже не услышал, просто в стене исчезла дыра, в которой я был, а соответственно мое бедное тело перерубило пополам.

И в этот момент я проснулся! Майка прилипла к телу, я был насквозь мокрый от пота. Правая рука была опухшая, и в центре опухоли явно был виден пчелиный укус, и жало торчало из кожи.

День выдался сумасшедший! Столько клиентов еще не было за один день, да еще начальство лютует, даже на обед не отпустили, ладно хоть на полчаса раньше разрешили рабочий день закончить.

И снова мы с Герхардом на пруд пошли гулять. И вот уже когда собрались домой идти, мне показалось, что я увидел того самого деда. Он сидел на раскладном стульчике, сидел и просто на воду смотрел. Пока Герхарда дозвался, поворачиваюсь, а деда уже нет, как будто и не было. Странно как-то это все. Ну и ладно.