Таинственный двойник

Подъехав к Яну, он поощрительно улыбнулся:

– Бей будет доволен твоей работой, – сказал он и хлестнул своего коня.

Когда Хасан с Халилом скрылись из виду, Ян подошел к Санду.

– Русский?

Тот утвердительно кивнул.

– Бежать не хочешь? – почему-то спросил он.

Вместо ответа Санд оголил спину.

– А, все понятно, – и усмехнулся, поднимая свою рубашку.

На его спине тоже были похожие отметины.

– На родину тянет? – продолжал он допрос.

Санд неопределенно пожал плечами. Ян опять усмехнулся.

– Иди, выбирай барана и тащи сюда.

Надо отметить прибытие. Да и дорогой-то не очень они тебя жаловали. Знаю я их.

Санд схватил первое попавшееся животное, взвалил к себе на плечи и, подойдя к Яну, положил его перед ним.

– Резал? – спросил он.

– Доводилось.

– Тогда давай.

Он помог Санду снять шкуру с животного и стал резать его на куски.

– Собери дрова и разводи костер.

Почуяв кровь, прибежали несколько собак. Они покорно сели полукругом, дожидаясь своей доли. Мясо на углях Ян, судя по золотистой корочке, сделал превосходно.

Но не торопился его есть, а подмигнул и удалился в шалаш. Вскоре принес оттуда кожаный мешок с какой-то жидкостью.

– Турки научили меня делать вино из кобыльего молока. Мне оно нравится.

Он поставил два кубка и налил в них жидкость. Подняв свой кубок, сказал:

– Я уже стар и для себя желаю только одного – покоя. Поэтому я здесь, забытый небом и беем. Но тебе, молодому, желаю, чтобы небо проявило милость, сделало тебя счастливым, удачливым человеком.

В бою – непобедимым, для власти – угодным, для врага – грозным.

Напиток оказался приятным. Он напоминал Санду сыворотку, которой мать поила его, когда было жарко. Холодная, с погреба, она хорошо утоляла жажду.

Работы, как оказалось, было много. Ян был хорошим хозяином, многое умел. Доил овец, делал из молока сыр, выделывал кожи. Шил из них одежду. Так протекали и дни Санда. Правда, он успевал и поохотиться. Места были дикие, всего хватало. Пришлось дважды схватиться с волком, но вышел победителем.

Бросая шкуры в яму для закваски, Ян не то пошутил, не то сказал то, о чем думал:

– Набьешь этого добра, нашьем шуб. Съездишь в Брусу, продашь. Скопим деньгу, тебя выкупим, и поедешь домой, на родину.

– Не тереби душу, Ян. Как я могу вернуться без Настеньки?

Ян, накрывая яму шкурами, повернул голову и, хитро прищурив глаз, хохотнул:

– Найдется другая Настенька.

– Другой… не надо, – Санд вдруг рванул с места, вскочил на коня и был таков.