Месть Аскольда

Малуша – к ней:

– Что сделала, окаянная?

– Дала ей сон-траву. Вижу, девка мается. Помочь хотела…

Но от Малуши легко не отделаться. Та же твердила свое: «сон-трава», и все. Все пройдет, мол…

– Ну, смотри, – предупредила Малуша, – не дай Бог, что с княжной случится – тебе не жить! Грех на душу возьму, но с тобой рассчитаюсь…

Князь зашел после обеда к Всеславне. Увидев княжну, расстроился Михаил. Приказал сыскать лучшего знахаря. Лекарь, низенький толстенький мужичок с лысой головой и добрыми голубыми глазами, на вопрос князя, что с козельской гостьей, только пожал плечами.

– Спаси, князь, княжну! Богом тебя заклинаю, спаси Всеславну! Не бери грех на душу.

– Ты кто будешь, голубка?

Князь видел эту женщину впервые, хотя всех своих домочадцев знал хорошо.

– Князь, я служанка княжны. Недавно Великая княгиня смилостивилась и вернула меня к моей госпоже. Князь, – опять заголосила она, – спаси ее, спаси… – Она прижалась к его ногам.

– Что я могу сделать? Мой лекарь здесь. Был наш лучший колдун. Они бессильны. Такова воля Господа.

– Или этой колдуньи, – с отчаянием в голосе произнесла верная служанка.

– Какой колдуньи? – живо, с интересом спросил Михаил.

– Да той, что живет в ваших хоромах. Это она дала княжне какое-то снадобье, отчего ей и стало так плохо.

– Снадобье? Кто тебе сказал? – князь нагнулся и поднял Малушу с пола.

– Она сама… Если что случится с княжной, я убью эту ведьму.

Малуша зарыдала.

– Ты успокойся, – он ласково погладил ее по голове, – я попробую что-нибудь сделать.

– Князь, – служанка обтерла слезы, – я знаю одну старуху. Только она может вылечить Всеславну.

– Кто такая?

– Это Улала. – И Малуша коротко рассказала о старухе то, что ей поведала Всеславна.

– Я велю тотчас послать за ней. Где ее сыскать?

– Я попробую расспросить козельцев, может быть, кто знает к ней дорогу.

Глава 17

Путята решительно остановил обоз и спрыгнул с коня, показывая всем своим видом, что наступило время привала.

– Завтрашний день будет последним, – ответил купец на немой вопрос удивленного Аскольда. – Горы, наконец, останутся позади, и мы спустимся к долу, – пояснил Путята и добавил: – Но предстоящий переход – самый трудный.

Путята распорядился накормить как следует лошадей. Для сопровождавших открыл увесистую торбу. Насытив всех до отрыжки, приказал ложиться спать.