Месть Аскольда

 – Зато кому придет в голову, что здесь могут пройти обозы? Так-то, дружок, простая хитрость. Иди я иной дорогой, сколько бы потребовалось дружинников! Князь за них как липку меня ободрал бы. Знаю я их… Да, признаться, и они не всегда спасают. Присядем, переведем дух, – предложил купец, опускаясь на камень.

Рядом с ним скала резко обрывалась. В зияющей пропасти глубоко по дну бежала речушка. Ее журчание, подхваченное эхом, вырывалось наружу, как рык дикого зверя.

– Садись, – показал купец на камень рядом с собой.

Какое-то время он сидел молча, низко опустив крупную косматую голову. Его сильные, мускулистые руки безжизненно повисли на коленях.

– Пора, – сказал Путята и решительно поднялся. – Сейчас будет спуск, а он хуже подъема.

Они догнали обоз, когда дорога начала круто спускаться вниз.

– Эй, Иван, – крикнул купец, – клинь колеса!

– Знаю, – донеслось откуда-то сверху.

Аскольд увидел, что обозники вставляют жерди между спицами.

– А это еще зачем? – полюбопытствовал он.

Купец усмехнулся:

– Бросай свои бранные дела и давай со мной торговлишкой займись.

– Колеса не будут крутиться, и возы легче спускать, так? – козелец сам нашел ключ к разгадке.

– Точно, – подтвердил Путята и пошел вперед, придирчиво оглядывая возы.

Он вернулся к прерванному разговору, когда обоз, после долгих мытарств спуска, очутился наконец на ровной местности, представляющей собой долину, заросшую густым кустарником.

Наконец Путята поднялся. Зачерпнув ладонью воду, брызнул себе на лицо. Заметив, что Аскольд лежит под кустом, подошел к нему и повалился рядом. Он лежал какое-то время молча, потом вдруг сказал:

– Вот что я думаю, Аскольд…

– Ты о чем, Путята? – не понял козелец.

– О тебе. Сделаем так. Ты едешь со мной. В Эндеруме я быстро продаю товар, закупаю оружие, и мы направляемся к хану.

Аскольд живо поднялся:

– Нет, Путята, столько я ждать не могу. Я чувствую, что мы скоро пересечем горы. А там до них рукой подать. Если я у татар не пропал, то и тут как-нибудь постараюсь не угодить им в лапы.

Видя, что козельца не уговорить, Путята спорить не стал.

– Давай так договоримся, – сказал купец, – впереди еще предстоит трудная дорога. Как одолеем, тогда и решим.

Аскольд согласно кивнул.