Скрытая реальностЬ. Книга первая. Щелкунчик

 – Кстати о птичках, у этой татуировки есть и еще один смысл, про который ты просто не могла не знать.

– Какой? – тут же попалась на удочку любопытная. – Татуировщик мне только про это рассказал, потому и выбрала.

– Что это символ легкой доступности без всяких обязательств, – улыбнулся он.

Женщина сердито хмыкнула и отвернулась.

– Другими словами, – сморщилась она, – то же самое, что и клеймо лилии на плече Миледи? Ну, черт, спасибо, уважил. И как тебе с проституткой в отпуск лететь? Денег хватит? Я беру дорого, обслуживаю наспех…

– Прости, – буркнул мужчина, понимая, что сморозил глупость.

 – Просто я не очень люблю татуировки, вот и ляпнул. Не знаю, как от своей избавиться, – ткнул он пальцем в выколотый еще в училище символ «морковной авиации» на предплечье.

– А ты выжги, – предложила зло она, – раскаленным железом. Слабо? Только огонь стирает все следы, не ветер и не дождь. Ветер может стереть следы на песке, вода смыть следы на асфальте, телу же нужен огонь для очищения, – немного подумала и добавила: – Может, именно поэтому все крематорием и заканчивают, чтобы одним махом избавиться от всех своих грехов?

– Вообще-то я безгрешен, – усмехнулся он, – и боли боюсь, мне это очищение явно не подходит.

– А я свое отбоялась, Вадим Сергеевич.

– Кир, ну прости, – взмолился он, приникая губами к ее татуировке – ляпнул, не подумав. Солнце в голову ударило, вот мозги и поплыли.

– Прощу, – кивнула она, – после того, как выжжешь. Тебя за язык никто не тянул, надо отвечать за свои поступки.

– Ты серьезно? – взглянул он на строптивую.

– Вполне для того, чтобы прямо сейчас и разбежаться, – хитро прищурилась она, следя сквозь накрашенные ресницы за его реакцией.

Мужчина побледнел, явно не готовый к такому повороту событий, еще минуту назад все было хорошо и вот на тебе, разбегаться из-за такой ерунды. Конечно же, он согласился, терпел, когда делали наколку, потерпит, когда будут и сводить.

– Испугался? – тут же чуть заметно улыбнулась она, довольная, что отыгралась.

 – Я пошутила, не надо ничего сводить, мне твои самолетики нравятся, особенно толстая морковка посередине. А ты теперь расскажи, что нравится во мне тебе, исключая путанскую подноготную? Даю еще одну попытку.

Надо заметить, что улыбаться эта женщина вообще не умела, о чем уже упоминалось, то есть не могла физически после одной страшной аварии, как она сама рассказала своему возлюбленному, в которой чуть выжила.