Своя игра – 5. Трижды проклятый

– Ты можешь сесть в костомеха, – сказала Джейн.

– Не в моих обычаях ехать в вездеходе, когда рядом леди шлепает пешком. Разве что разрешишь взять тебя на ручки? Тогда сяду.

– С удовольствием разрешу.

Я тут же влез в кабину. Скелет сделал реверанс и услужливо согнул правую руку, организовав из пятерни сиденье. Как только Джейн устроилась на нем, подстелив для мягкости сложенный в несколько раз плащ, я отрегулировал положение руки таким образом, чтобы девушке было удобно сидеть привалившись к туловищу некрокиборга.

– А вам таки одна дорога – в верблюды, – сказал я маунтам. – Только потом обратно превратиться не забудьте, когда пустыня станет чем-нибудь еще.

Начало светлеть – настолько медленно, точно заканчивалась полярная ночь, а не обычная. Солнца не появилось – ни большого, ни маленького. Небо сперва было похоже на вчерашний «грязный потолок», а позже стало прозрачным, зеленоватым, волнующимся, будто над нами поместили перевернутое мелкое море.

– Что-то начинаю уставать от здешнего разнообразия, – сказал я.

 – Тянет на стабильность.

– Изменения в этой зоне не такие уж и быстрые, – возразила Джейн. – Бывает хуже.

Барханы уступили место песчаной равнине, подернутой рябью извилистых гребней, образованных дувшим строго в одну сторону ветром. Идти стало полегче: и костомеху, и маунтам. Мы хорошо разогнались, и тут песок под нашими ногами стал зыбким. Равнина дрогнула, глубоко просев сразу на большой площади. В центре впадины образовалась быстро растущая воронка.

Джейн спрыгнула с руки костомеха.

– Поворачиваем! Поворачиваем! – закричала она.

Обалдеть какое ценное указание! Конечно поворачиваем, – но надо бы еще и выбраться на твердое, а мы успели только повернуть. Пустыня продолжала прогибаться, воронка – расти, и вот мы уже дружно вбираемся по ее склону, силясь не съехать вниз вместе с потоками стекающего в горловину песка. А в самой горловине открывается огромная круглая пасть метров шести в поперечнике.

Карабкающаяся на четвереньках чуть впереди костомеха Джейн глянула через плечо и разразилась своим эпичным боевым кличем, не прекращая перебирать руками и ногами.

Пасть ответила глухим ревом, окатив нас удушающим зловонием, и временно захлопнулась. Пока открылась снова, мы поднялись на несколько метров. Джейн заорала опять, и уже не прекращала до тех пор, пока мы не оказались вне опасности. Несмотря на весьма острую ситуацию, меня разобрал неудержимый смех.