Солнца трех миров

От трупа броненосца уже шел сильный запах, да и не будь его, мы побоялись бы брать мясо на еду после гиен и шакалов. Но на мясо хорошо клевали водившиеся в озере крупные хищные рыбы, и нам хотелось взять с туши еще кое-что на приманку.

Самая большая птица вышла из зарослей и медленно двинулась прямо на нас, угрожающе помахивая клювом. Несколько других тут же последовали ее примеру. С другой стороны выстраивались боевым порядком гиены. Позади них отчаянно завывали шакалы, и мы вдруг засомневались, а стоит ли приманка того, что нам предстояло.

– А ну их всех к черту, – сказал Вася. – Сколько мяса уже развесили – в поселке просто не пройти. Останется там и на приманку, все не съедим, завоняет.

– Они сожрут броненосца и придут в поселок, – возразил Лысый. – Нет, ребята, надо задать им жару.

– Вот и пусть сперва наедятся, а потом жару зададим, – сказал я. – Сытые они легче отступят.

– Правильно, – поддержал меня Валера. – Пока туша здесь, мы их замучимся отгонять. А так заодно и чистоту наведут.

– Я все-таки чуток пугну их сейчас, – сказал Лысый, забирая у меня мачете.

Валера с Васей взяли наизготовку карабины. Лысый чуть сгорбился, выставил перед собой мачете и пошел на птиц. Те и не подумали отступать.

– Вернись, дурень! – воззвал я.

– Лысенький, вернись, я тебя поцелую! – посулила Таня.

– И я тоже! – поддержала Даша.

– Да за что его целовать? – возмутился Вася.

– Ради его же блага! – пояснила Даша.

– Нет, правда, Лысый, – сказала Машка. – Ну нафига это? Мы с тобой еще медовуху не пробовали!

Лысый в нерешительности остановился, и тут из джунглей донесся угрожающий раскатистый рев. Птицы дружно повернули головы в ту сторону. Гиены разбили строй и тоже завертели головами.

– А вот и мама! – сказал я. – Пришла искать сыночка.

В джунглях опять заревели, но глуше и сильнее. И ближе.

– И папа сюда идет, – добавил Валера.

– Кончайте хохмить, – сказал Вася. – Вечно вы хохмите! Если это и мама с папой, то не те. Ревут точно так же, как тот зверь, что бродил тогда у обрыва.

Где-то совсем близко в лесу хрустели кусты и стучал друг о друга бамбук. Гиены с шакалами разбежались. Птицы, только что казавшиеся очень храбрыми, рванули следом. Мы спрятались за недостроенную изгородь, но такая защита тут же показалась нам ненадежной.