Солнца трех миров

 – Может, голубое солнце – на самом деле просто планета-гигант. Светит отраженным светом – и все.

– Без астронома не разберемся с тонкостями, – рассудил Валера. – Давайте лучше подумаем, как нашу планету назовем.

– А это, конечно, самое главное, – ядовито заметил Вася. – Без этого не проживем.

– Вася, ну почему ты такой бываешь? – возмутился Валера. – Подумай: открыть планету и никак ее не назвать?

– Мы ее не открывали. Мы вывалились на нее как сардельки из дырявой авоськи.

– Ну и что? Колумб вешал на уши лапшу испанскому королю, будто собирается открыть удобный морской путь в Индию, хотя на самом деле хотел найти вход в рай.

В итоге случайно наткнулся на Америку, и все считают его первооткрывателем.

– Давайте назовем планету Гилеей, – предложила Таня.

– На ней наверняка не одни джунгли только, – возразил я.

– Да, но кроме джунглей мы тут вряд ли что увидим. Разве отправимся в кругосветное путешествие. Но в нашем положении и с нашими возможностями это маловероятно.

– Зато как интересно было бы!.

. Ну, пускай будет Гилея. Возражения есть?

Возражений не было. Подумаешь, назвать планету. Это вам не Мартышке имя выбирать.

Разламывающая боль в коленях, локтях, запястьях и пояснице все еще часто мешала быстро заснуть, но в целом наши мышцы и суставы помаленьку крепли и адаптировались к постоянному тяжелому труду. Хотя и не так быстро, как хотелось бы.

Выращивание картошки у нас не задалось. Она не взошла ни на одной делянке, и Машка, раскопав лунки, обнаружила, что семенные клубни поел кто-то, живущий в земле.

Так что все наше сельское хозяйство накрылось единым махом, и мы окончательно превратились в охотников и собирателей.

Иногда нам везло, чаще – нет. За все время мы истратили девять патронов, и все с немалой пользой, но мясо всегда кончалось слишком быстро. Охотились в основном на свиней и антилоп, добыли двух больших водяных крыс весом килограмм по пятьдесят каждая, несколько раз видели буйволов на водопое, но подступиться к ним с картечью не рискнули.

Съедобных орехов пока не обнаружили, а на диете из одних фруктов, лягушек и рыбы сидеть бывало очень тоскливо.

Раз в неделю я принимался ухаживать за Дашей, но никаких успехов не имел. Через пару – тройку дней у меня пропадала охота напрягаться – до следующей недели. Я чувствовал, что нравлюсь ей, а почему она не хочет со мной хоть чуточку сблизиться, понять не мог. Оно конечно, у каждого свои комплексы, но из чего построены Дашины, для меня оставалось тайной.