Сладостно и почетно

– …Спокойно, спокойно, – продолжала сестра усталым голосом, видимо повторяя то, что уже говорила сотне других раненых, – с вами все в порядке, сейчас вы пройдете санитарную обработку и перевязку, получите горячую пищу, на родину вас отправят ближайшим поездом, завтра или послезавтра…

– Скажите, сестра, – с трудом выговорил капитан, – какое сегодня число?

– Сегодня девятнадцатое, – ответила та, уже отходя к следующему, и уточнила, словно не будучи уверенной, что они там, в «котле», сохранили еще способность вести счет месяцев: – Девятнадцатое января тысяча девятьсот сорок третьего года…

Тем временем к уже разгруженному «юнкерсу» подошел фельдфебель аэродромной охраны и спросил командира корабля, лейтенанта Фрелиха.

Командир, только что вышедший из кабины, глянул на него вопросительно.

– Господина лейтенанта просят безотлагательно явиться к коменданту аэродрома! – вытянувшись, доложил фельдфебель. – С вашего позволения, я провожу.

– К коменданту, меня? – Фрелих недоуменно пожал плечами и окликнул второго пилота: – Хорст, я схожу узнаю, а ты тут поторопи с заправкой, и пусть Клаус не забудет проверить давление в левой масломагистрали.

Я быстро!

В помещении комендатуры его встретил штурмфюрер в серо-зеленой полевой форме войск СС.

– Это вы, что ли, здешний комендант? – спросил летчик.

– Комендант вышел, – ответил эсэсовец и добавил негромко, будничным тоном: – Вы арестованы, попрошу сдать оружие.

– Что-что? – летчик улыбнулся. – Вроде бы еще не первое апреля, а? Так мне коменданта дожидаться здесь, что ли? На черта я ему сдался, не понимаю.

Еле на ногах держусь – второй рейс без отдыха, а оттуда сегодня выскочили буквально у ивана из-под гусениц – один уже выехал прямо на взлетную полосу, еще бы минута, и…

– Сдайте оружие, Фрелих, – повторил штурмфюрер.

Только теперь до лейтенанта наконец дошло. Он умолк, словно поперхнувшись, рука его поползла к кобуре – но сзади уже навалились, пригнули, заламывая локти; он стал вырываться, почувствовал на запястьях холодок металла, негромкий отчетливый щелчок.

Штурмфюрер, подойдя вплотную, наискось – от правого плеча к поясу – раздернул молнию лётного комбинезона и сорвал с мундира Фрелиха Железный крест.

– Ты, дерьмовая тыловая вошь, – выдавил сквозь зубы лейтенант. – Интересно, чем ты занимался в то время, когда мы возили десанты на Крит! Крамолу искал у баб под юбками?

– В машину его, – тем же будничным тоном бросил штурмфюрер, направляясь к двери.