Притворщики

Зато поздно вечером, когда мы сломали голову от всевозможных предположений и догадок, Алиска вдруг вскрикнула:

– Глеб, смотри!

Она вертела в руках Люськин телефон и совершенно случайно (скорее на автомате) начала просматривать фотки. Люська любит фоткать всякую ерунду: красивое облако, бабочка на стекле или кошка на лавочке. Теперь же, помимо четырёх десятков кошек, песиков и закатов в папке с фотками обнаружилось три довольно-таки любопытные фотографии.

– Нож, какой-то, – сказала Алиса.

– Ты что! Это не нож – кинжал! С ножнами.

– Перенеси фотки на ноут.

На всё про всё у нас ушло не более пяти минут. И вот мы уже сидим перед ноутбуком, с интересом разглядывая фотки с Люськиного телефона.

– Вот это да! – воскликнула Алиса. – Глеб, неужели настоящие драгоценные камни?

– Может быть, настоящие. А может, и нет.

– Где Люська могла такой кинжал сфоткать?

– Смотри, Алис, он лежит на бордовой бархатной ткани.

– Футляр?

– Не, не футляр.

– Глеб, а здесь, – Алиса ткнула пальцем в монитор. – Это ламинат или линолеум.

– Точно.

– Получается, Люся сфоткала кинжал, когда тот лежал на полу.

– Похоже на то.

– Ой, там крыса!

– Где?

– Да вон-вон. Увеличь, Глеб. Видишь?

– Ага.

– Фу, какая гадость.

В левом верхнем углу была запечатлена толстая крысиная морда. Очевидно, когда Люська фотографировала кинжал, рядом на полу сидела крыса.

– Муть какая-то получается.

– Крыса странная, да? Морда жирная, шерсть необычная.

Пока Алиса разглядывала попавшую в кадр часть крысиной морды, я всё своё внимание сосредоточил на кинжале. Красота это, конечно, неописуемая. Если только на фотке не подделка, а действительно настоящий кинжал, рукоять которого инкрустирована драгоценными камнями – это произведение ювелирного искусства.

Рукоять представляла собой шею и голову мифического дракона с распахнутой пастью.

– И такой артефакт лежит на полу? – спросил я сам себя. – На обычном линолеуме? Не верю.

– К тому же рядом бродят крысы, – с отвращением сказала Алиса. – Не вяжутся как-то эти вещи между собой.

– Что будем делать?

Ответить мне помешал телефонный звонок.

– Это ведь Глеб? – спросил грубый мужской голос.

– Кто вам нужен?

– Ты и нужен.