Те, Кто Живут Давно. Рэдмаунт и Охотник

В порту наглые игроки и воришки окончательно потеряли страх, и в окружении пьяных шлюх сели не за тот стол совсем не с теми людьми. Жульническую победу им не спустили с рук. Братьев отравили в закопчённом полумраке шумного грязного кабака. Мёртвых близнецов обобрали, раздели и выбросили за городской стеной.

Первым на рассвете проснулся Патрик. Жутко болела голова, и ломило всё тело, будто бы покрытое невидимыми синяками и ушибами. Какое-то время он даже не мог вспомнить своё имя, а потом внезапно пришла память о братьях.

«– Больно? – Ужасно. Как ты, Пат? – Уже лучше. Ты знаешь, где Йен? – Нет, но должен быть где-то рядом. Я чувствую».

Кожу и так холодил утренний воздух, но тут по спине прошёлся ледяной ужас. Тревор понял, что говорит с братом и слышит его, хотя между ними метров десять, и ни один из них не открывал рта.

«– Ты слышишь? – Да! – Что это? – Не знаю. Может быть, мы на том свете? – В аду не бывает холодно, Пат. Надо найти Йена».

Царапая босые ступни, они спустились по скалам вдоль стены, отыскали брата. Его белая кожа смотрелась слишком яркой и чистой на тёмных камнях.

– Йен! – Тревор похлопал его по щекам. Тот глубоко вздохнул и застонал от боли.

– Смотри, что с его волосами? – разглядывал брата Патрик.

– На себя посмотри! – огрызнулся Тревор, помогая Йену подняться.

– А что? – вскинул брови брат. Потом ухватил на ветру и вытянул перед лицом одну из спутанных прядей. – Они красные! Боже!

– Что случилось! – сипло прошептал Йен, с трудом выпрямляясь. – Меня будто бы в жерновах перетёрли! А с вами что? – Всмотрелся он в братьев, морщась и жмурясь.

«– Йен! Ты слышишь меня?».

Тот вздрогнул и шумно вдохнул, в испуге глядя на молчавшего Патрика.

«– Вижу. Слышишь. С Тревором то же самое! Соберись, пора уходить! – Надо найти одежду. Холодно. – Согласен!».

Они украли в сторожке стражников рубахи, два плаща и шерстяную тунику. Двигаясь на север, постепенно разжились ещё одеждой, двумя кольчугами, оружием. Близнецы не знали, куда шли, их чувства стали острее, за несколько недель они приноровились мысленно общаться.