Улика на память

Я замешкался, и когда подбежал к двери, понял, что выскочить на лестничную площадку уже не успею. Меня заметят.

Пришлось прятаться в маленькой комнатушке за перевернутым шкафом. Растянувшись на пыльном полу, я зажал нос ладонью, в горле запершило, не хватало только чихнуть или закашлять.

Мужики ворвались в квартиру. Я видел, как они пробежали по коридору в большую комнату, услышал возню, потом голоса:

– Что делать с его вещами?

– Оставь здесь.

– Сумку надо взять.

– Оставь.

Шаги на мгновение прекратились, затем послышался треск, шорох, создавалось впечатление, они что-то ищут.

– Давай в темпе, – сказал один.

Я продолжал лежать на полу, мне казалось в квартиру они больше не зайдут. Я ошибся. Едва хотел привстать, увидел в коридоре мужика в черной куртке. В руках он держал канистру. Бензин!

Он облил бензином стены и пол в большой комнате, зашел в маленькую, плеснул несколько раз на пол, расплескал бензин в коридоре, на лестничной площадке.

Вспыхнул огонь. Я вскочил на ноги, добежал до входной двери, высунул голову.

– Глебыч, – Димон махнул мне рукой. – Они ушли.

– Бежим вниз.

– Стой! Внизу тоже полыхает, они и там бензин расплескали.

Этаж начал заполняться дымом, стало трудно дышать, глаза заслезились.

Люська забежала в квартиру.

– Куда ты?

– Можно попробовать выйти через окно.

– Пятый этаж – разобьемся.

– Тогда через крышу, – Димон схватился за поручень и стал подниматься по металлической лестнице на чердак.

– Только бы был не заперт, – шептала Люська.

Меня бил кашель, я почти ничего не видел, со всех сторон напирал жар.

– Открыто, – крикнул Димон, пытаясь откашляться.

– Люська, поднимайся.

– Я ничего не вижу.

– Дай мне руку. Ну же!

– А ты?

– Я сразу за тобой.

Люська поднималась по лестнице на ощупь, наверху Димон протянул ей руку, потом подняться на чердак.

– Глебыч, ты здесь?

– Все нормально, только глаза щипит.

На я крыше долго кашлял, согнувшись пополам.

Димон толкнул дверь, ведущую на чердак соседнего подъезда, нагнулся, потянул ручку металлического люка.

– Он закрыт! Глебыч, люк закрыт.

– Есть ещё третий подъезд, – я добежал по крыше до невысокого чердачного домика, открыл дверь, протянул руку к проржавевшей ручке люка.

Удача от нас отвернулась – люк не двинулся с места.