Тайна школьного подвала

Наташка махнула мне рукой и прошла на кухню.

– А что толку от пирогов, – сказала она обреченно. – Ты все равно не разрешаешь их есть.

– Один ты уже съела. Еще один можешь съесть за чаем.

– Я не наемся двумя пирожками.

В ванной я усмехнулся. У родственников все без изменений, продолжают морить Натку голодом. Нет, только не подумайте, что они садисты и держат единственную дочь на воде и хлебе. Кстати, хлеб Наташке тоже запрещается есть. Она моя ровесница, а весит в два раза больше. С детства Натка ест за троих.

До определенного момента родителей это не напрягало.

Они ни в чем не отказывали Наташке, называя ту пампушкой, пышкой, булочкой и прочими хлебобулочными изделиями. Но год назад вес Наташки подкрался к критической отметке. Начались проблемы со здоровьем, врачи забили тревогу. Натке следовало сбросить лишний вес, ее посадили на строжайшую диету.

Первым пунктом в ней стоял категорический запрет на все сладкое, жирное и мучное. А если учесть, что Наташка всю жизнь питалась исключительно сладким, жирным и мучным, то представьте ее состояние.

Когда родители вместо привычных пирожков и конфет, начали кормить дочь гречкой, геркулесом, отварными овощами и свежими фруктами. Наташка не наедалась, ходила вечно голодная, злилась на всех и худела черепашьими темпами.

На ночь буфет, где хранились сладости и сдоба, закрывался на ключ. В холодильнике лежала только здоровая пища. У Наташки была привычка, просыпаться ночью и опустошать полки. Она прятала продукты под подушкой, в шкафу, в столе.

За ней установили тотальную слежку. Перестали давать карманные деньги, зная, что те будут потрачены на шоколад и булки.

Все подруги, как и их родители, были предупреждены: Наташку нельзя ни кормить, ни даже угощать. Для ее же блага. А с лучшей подругой Зинкой родители нашли общий язык, и теперь та сообщала о каждой съеденной Наткой булке или конфете вне дома.

За чаем я умял четыре пирожка. Натка откусывала от своего пирожка маленькие кусочки и долго их пережёвывала.

– Совсем не чувствую вкус, – плаксиво говорила она.

 – Зачем ты вообще испекла пироги? Чтобы меня соблазнять?

– Для Гарика.

– Нужны они ему, – Наташка допила чай и выбежала их кухни.

Поговорив немного с бабушкой, я засобирался домой.

– Гарик, я тебе все пирожки с собой положу. Дома поедите.

– Клади, ба.

Из комнаты вышла Наташка.

– Провожу тебя до метро.

– Пошли.

– Наташа, только туда и обратно, – сказала бабушка. – В магазин не заходи. Помни, что сказал врач.