Сыщики не промах

– Может, все-таки уберете пистолет? Как-то неуютно разговаривать в его присутствии.

– Шевелись, сказала! – взвизгнула Светлана Аркадьевна.

Опасаясь, что съехавшая с катушек дочь Аркадия Михайловича вот-вот нажмет на курок, я глупо улыбнулся и прошел в гостиную. Главное, не паниковать и вести себя как можно спокойней. Если тетка не дружит с головой, неизвестно, какие шаги она предпримет, попытайся я полезть на рожон. Вдруг у нее справка имеется, что она завсегдатай психиатрической клиники, в таком случае, даже если выстрелит, ей ничего не будет.

– Садись, – приказала Светлана Аркадьевна, продолжая держать меня под прицелом. – Я жду твоей исповеди.

– Мне не в чем исповедоваться.

– Дай мне свой рюкзак.

Я протянул руку.

– Брось его на пол и толкни ногой.

Вытряхнув содержимое рюкзака на журнальный столик, она схватила мой паспорт.

– Глеб Озеров. Гм, имя назвал свое. А дальше начал врать. Не было у старухи внуков.

– Я двоюродный внук.

– И двоюродных не было. Она воспитывалась в детском доме, – Светлана Аркадьевна зацокала языком. – Так-то вот! Прокололся ты, Глеб Озеров. И если сейчас не выложишь всю правду, я за себя не ручаюсь.

– Вы так реагируете на всех, кто приходит к вам без приглашения?

– Похитили моего отца, убили его жену, и почти сразу нарисовался ты – лже-внук. Как мне себя вести? Я не знаю, кто тебя отправил ко мне и какие цели ты преследуешь.

Поняв, что меня рассекретили, я был вынужден рассказать Светлане Аркадьевне правду.

– Нам с сестрой показалось это странным, и мы решили провести собственное расследование.

– Детективы, – засмеялась Светлана Аркадьевна, положив пистолет на столик. – Делать больше нечего?

– Мы никому не мешаем.

– Вы можете мешаться под ногами тех, кто похитил отца. Куда ваши родители смотрят?

Я скользнул взглядом по пистолету. Светлана Аркадьевна нехотя проговорила:

– Он не настоящий.

– Можно спросить? Почему вы так спокойно говорите о похищении отца? Вас совсем не беспокоит его судьба? Понимаю, отношения были натянуты, но не до такой же степени.

– Во-первых, хватит читать нотации, во-вторых, я не обязана его любить. Сам виноват. Он первый отрёкся от своих детей. Не в буквальном смысле, конечно. Наш разрыв произошёл после его брака с ведьмой. Она пасла отца лет пятьдесят. Да, да, я знаю, о чём говорю. Знакомство с Серафимой состоялось задолго до его встречи с мамой.