Сыщики не промах

 – У мужа-то от первого брака двое. А что толку?

Люська взяла сумки.

– Я вам помогу!

– Не надо, я уже почти пришла. Вон дом мой.

– Шестнадцатиэтажка?

– Да.

– И мне туда же.

– Тогда спасибо тебе. Признаться честно, руки отваливаются.

Уж в чем-чем, а в этом Люська ни минуты не сомневалась. Никогда еще ей не приходилось таскать набитые продуктами хозяйственные сумки. Пока она пыхтела, стараясь не свалиться прямо на дороге, Серафима Серафимовна рассказывала о себе. Слушать болтовню старухи было неинтересно, но не попросишь же ее умолкнуть.

– Мы с Аркашей поженились в зрелом возрасте, – начала Серафима Серафимовна. – А знали друг дружку с молодых лет. Он меня тогда замуж звал, я, дурёха, отказалась. Потом наши пути разошлись, я и не думала, что увижу его снова, но судьба столкнула нас на старости лет. Я вдовствовала, он жену схоронил. Тяжко ему было. И вдруг меня замуж позвал. Смех сквозь слезы. В молодости отказом ответила, а на восьмом десятке невестой заделалась.

– Любви все возрасты покорны, – сказала Люська, чувствуя себя ломовой лошадью.

– Не все так считают, – ответила Серафима Серафимовна. – Его дети меня в штыки восприняли. На отца злобу затаили, как, мол, посмел? Не успели мать похоронить, ты привёл в дом старую перечницу. Теперь практически не общаемся.

– Неужели даже не помогают?

– Приезжают раз в год, на день рождения отца, а так… вдвоём мы с ним свой век доживаем. Вот мы и пришли, – заулыбалась Серафима Серафимовна, кивая в сторону третьего подъезда.

– И мне в третий подъезд надо.

– А ты к кому ж идёшь?

– Веру Сыромятину знаете?

– Веруню? Как не знать, соседи все-таки.

Серафима Серафимовна с мужем жили на первом этаже. На обитой тёмно-коричневым дерматином двери было сразу три замка.

– Видишь, как запираемся? Всего на свете боимся, замков понаставили, а с той стороны ещё щеколда с цепочкой.

Люська кивнула и посмотрела на часы.

Как только последний замок был открыть, Серафима Серафимовна взяла Люську за руку.

– Спасибо тебе. Дай Бог здоровья! Вере с Беллой привет передавай.

Верка была взвинчена до предела.

– Люсь, я тебя убить готова! Тридцать пять минут первого, где ты шляешься?

– Но я пришла почти вовремя.

– Договаривались на половину первого. Ты опоздала на пять минут.

– Извини.

Вера вздохнула.

– Скажи честно, как я выгляжу?

– На все сто.

– Я тебе не верю.