По мотивам преступления

– Тоже боишься поправиться? – засмеялась Райка.

– Дело в моем гастрите. Нельзя мне пиццу. Точнее, можно, но нежелательно.

– Ничего не понял, – сказал Димон.

– Когда нет обострений, мне можно есть все, – пояснил Генка. – Вот как сейчас, например.

– Так чего ж ты не ешь?

– Чтобы не было обострения.

– Гениальная схема, – засмеялась Люська.

– Чем же ты питаешься?

– Практически всем. Единственное, ограничиваю себя в употреблении жирного, острого, солёного, копчёного, сладкого и маринованного.

– А лопух тебе можно?

– Какой лопух?

– Обыкновенный, уличный. Знаешь, сколько всего полезного можно приготовить из обыкновенного лопуха? Ха! Загибай пальцы. Лопух жареный, лопух пареный…

– Лопух маринованный с подорожником, – подхватил Димон. – Котлеты из лопуха.

– Молодец, Димка, – Люська подмигнула Алисе. – Каша из стеблей и суп из корней лопуха.

– Лопух консервированный, – развеселилась Алиса.

– Лопух сушёный с солью и перцем, – выдал я. – Лопух вяленый с изюмом и клевером.

– О, это редкостная вкуснятина, – смеялась Люська.

И тут все, включая Генку, не сговариваясь, уставились на Райку. Недолго думая, она выпалила:

– Лопушечная лабуда под майонезом с мухоморами и паштетом. Съел и сдох!

– Все на одного, да? – зашмыгал носом Генка. – И даже вы, Раиса Борисовна, против меня.

– А я чего, дядь Геш, я вообще ничего. Я просто так… чуть-чуть и слегка.

– Вам бы только меня подкалывать, – оскорбился Дронов. – Устроили кулинарный поединок.

– Ген, не обижайся, мы пошутили.

– Конечно, пошутили, Ген, вернись, – Люська чувствовала себя виноватой. – Хочешь, я тебе чай приготовлю?

– Из лопуха, – вставила Райка.

– Помолчи. Ген, хочешь?

– Мне необходимо побыть наедине с собой, – отозвался Дронов. – Если удастся, я в астрал выйду. А вам приятного чаепития.

– Неудобно получилось, – Алиса закусила губу и мотнула головой.

– Моё наблюдение: все голодные либо злые, либо обидчивые, – сказал Димон.

– Нам это точно не грозит. Особенно сегодня, – Люська краем глаза заметила, как Райка, крадучись, приближается к лестнице. – Ты куда?

– К себе.

– Чем будешь заниматься?

– Почитаю Штопергайтера.

– Кого? – я чуть не поперхнулся от смеха.

– Ну этого… писатель такой…

– Шопенгауэр? – спросила Алиса.

– Ага, он! Ты тоже его знаешь, тёть Алис?

– Я не читала Шопенгауэра.

– А я увлеклась, – тараторила Райка. – Интересно пишет.