Преступление без наказания

– В следующий раз так и сделаем.

– Глеб, стой, я шоколадку куплю.

Шоколад Люська любит в любом виде, поэтому у сладостей мы задержались надолго. В тележке оказалось пять плиток шоколада, конфеты, шоколадные батончики, вафельный торт и пряники в шоколадной глазури.

– Можно к кассе топать, – наконец сказала Люська.

Я переписывался с Алиской, Люську услышал не сразу, а когда она толкнула меня в бок, рванул вперёд, врезавшись в чью-то тележку.

– Осторожно! – недовольно проворчала женщина в чёрной шубе.

– Ой, – засмеялась Люська. – Галина Ивановна, здрасьте.

– Глеб, Люся, рада видеть, – улыбнулась наша соседка с третьего этажа. – Диана ещё не вернулась со съёмок?

– Пока нет.

– Как приедет, пусть сразу зайдёт ко мне.

– Я помню, Галина Ивановна, – кивнула Люська. – Передам.

К Галине Ивановне подошла высокая женщина лет сорока. Держа в руках торт, она спросила:

– Возьмём к чаю?

– Конечно, зайка. Клади.

– Молоко забыли взять, я быстро.

Когда она отошла, Люська спросила:

– Где я могла видеть вашу знакомую?

– Нигде, Люся, ты ошибаешься.

– Да нет же, совсем недавно мы с ней сталкивались.

– Возможно, в подъезде, когда она приезжала ко мне. Нигде больше вы столкнуться не могли, – Галина Ивановна хохотнула. – Это противоестественно.

Я вскинул брови.

– Почему противоестественно?

– Вы не поймёте, – бросила свою коронную фразу Галина Ивановна. – Рита моя родственница. Внучка.

– Внучатая племянница?

– Внучатая племянница, это одно, внучка совсем другое.

Мы с Люськой обеспокоено переглянулись. Я даже начал озираться по сторонам. Санитаров в белых халатах со смирительной рубашкой в руках не видно, сегодня не первое апреля, тогда о чём говорит Галина Ивановна, какая внучка?

– Сколько лет вашей внучке? – непринуждённо спросил я.

– Срок два года. Скажите, она похожа на Тошу? По-моему, у Риты его нос и глаза, не находишь, Глеб?

– Хм… затрудняюсь ответить.

Люська не выдержала.

– Галина Ивановна, хватит нас разыгрывать. Антону сорок лет, у него нет детей, но даже если бы и были, то никак не сорокадвухлетние.

– Верно, – хмыкнула Галина Ивановна. – Но вы же не знаете всех подробностей.

О! Тут ещё и подробности есть. Очень интересно, мы просто жаждали их услышать.

– Может, поделитесь? – спросил я, и на всякий случай снова обернулся. Нет, санитаров пока не видно.