Похищение on-line

– Ты знаешь, кто был за рулем Тойоты?

– Да.

– Кто?

– Давай отойдём подальше от дома. Я всё тебе расскажу. Ася, пошли. Аська, рядом!

Глава шестая

В плаще и шляпе

Какое-то время они не разговаривали, шли рядом, молчали. Вероника, о чём-то задумавшись, сосредоточено смотрела под ноги, Димон изредка поглядывал на ковыляющую позади таксу Асю. Определённо, это собака не в себе, или ленивая до безобразия, или ей больше ста собачьих лет.

– Сколько лет Асе?

– Четырнадцать.

И снова повисло молчание.

– Не жалеешь, что продал родителям книги? – спросила Вероника, остановившись на переходе.

– Продал и продал.

– Я могу поговорить с папой, он поймёт.

– Нет! С книгами я сам разберусь, лучше скажи про машину.

Они перешли дорогу, и Вероника злобно прошептала:

– За рулем сидел Семён, папин младший брат.

– Твой отец оформил на него доверенность?

– Ничего он не оформлял. Семён приехал к нам поздно вечером, мы спать собирались. Сказал, что попал в легкую аварию, в сервисе машина простоит дня три, а ему позарез нужны колеса, просил у папы ключи от Тойоты.

– Когда он вернул машину?

– На следующий день. Или нет… Через день.

– Тебе не нравится Семён, я угадал?

– Я не пытаюсь этого скрыть, он меня раздражает. Всегда раздражал.

– Он же твой родной дядя.

– И что. Знаешь, если человек ничтожество, никакие родственные связи не помогут.

– Есть основания считать его ничтожеством?

– Есть.

– Не расскажешь?

Сказав, что жутко проголодалась, Вероника предложила зайти в булочную.

– Я приглашаю, – сказал он, переложив сумку в другую руку.

– Ничем хорошим там не накормят, а обычная сдобная булка утолит голод.

Когда пять минут спустя они опять пошли по узкому тротуару, Димон вернулся к прерванному разговору.

– Вероник, что собой представляет твой дядя?

– Неприятный тип. Занимается тёмными делишками, совершенно беспринципный, жестокий. Повторяю, Семён – ничтожество.

– Про тёмные делишки ты сказала к слову или есть доказательства?

– Образ его жизни – главное доказательство. Сам суди, образования он не имеет, работы тоже, как папа не спросит, чем занимается, начинает сразу отшучиваться. А у самого дорогая машина, одежда, за собой следит.

– Это не повод называть его ничтожеством.

– Ничтожество и есть! – процедила Вероника. – Он Бига убил. Была у нас собака – немецкая овчарка. Старый пёс уже, болел часто.